НКВД и МГБ работали так хорошо, что потери в националистическом подполье были просто катастрофическими.
Вадим Коломиец лежал за большим поваленным деревом с пистолетом в руке и выкрикивал команды своим бойцам. Кравец смотрел на него почти с ненавистью. Вчера днем милиционеры задержали двух бойцов из Городецкого куреня. То, что при них было оружие, не так уж и страшно. Отбрехались бы, что нашли в лесу, несли, мол, сдать в милицию. Мужики легально жили в Лановцах и к отряду примыкали, когда всех сзывали на очередную операцию.
А вот что у бойцов изъяли вещмешок, набитый антисоветской агитационной литературой и листовками, сыграло свою роковую роль.
Мужики были неглупые, оба пользовались большим доверием у Коломийца. Но тут черт попутал, и они, вместо того чтобы выжидать и тянуть резину, оказали сопротивление. Милиционеры оказались опытными. На помощь им пришел еще и солдат-фронтовик из местных, что на днях вернулся по демобилизации. Сомнений, что Алексей Ляшенко и Михаил Савчук имели отношение к националистическому подполью, у милиции не оставалось.
На звуки выстрелов прибежали двое из отряда, увидели, что происходит, и вернулись к Коломийцу с докладом. Тот поднял своих бойцов и поспешил на выручку, не поставив в известность штаб. Они с ходу накинулись на отделение милиции и нарвались на ожесточенный огонь автоматов и одного ручного пулемета. Не знал Коломиец, не учел по своей горячности, что в такие времена у милиционеров могут оказаться при себе не только «наганы».
Неделю назад они подобрали в лесу на месте боестолкновения пулемет. И патронов в отделении было достаточно для длительного боя.
— Эй, вы! — заорал Коломиец, заставив все-таки своих бойцов прекратить огонь. — Вам что, жить надоело? Даю слово, если вы отпустите Ляшенко и Савчука, мы уйдем и никого не тронем.
— Ляшенко и Савчук — бандиты! — рявкнул из дома в ответ раскатистый басовитый голос. — Они останутся под следствием и предстанут перед судом.
А вам всем советую сложить оружие и выйти с поднятыми руками! Иначе мы вас всех перестреляем, как оказавших вооруженное сопротивление законной власти.
— Законной? — Коломиец буквально поперхнулся от возмущения и чуть было не вскочил на ноги из-за ствола дерева, за которым лежал.
Кравчук в который уже раз посмотрел на часы. Глупо надеяться, что эта стрельба не привлечет внимание. Еще час такого шума, и кто-то сумеет сообщить в район о перестрелке.
