Точилин взял со стола золотые часы и, повернувшись к улыбающимся банкирам, произнес:
— Господа, наверное, мы с вами сойдемся во мнениях, что я их заработал честно.
— Разумеется, — за всех присутствующих произнес Лесснер, по праву хозяина кабинета. — Еще в дополнение к этому подарку прошу принять песочные часы. — Он подошел к дубовому шкафу, достал из него стеклянную колбу, запаянную с двух сторон, и произнес с ноткой грусти в голосе: — Это тоже реликвия: когда-то эти часы принадлежали самой Анне Иоанновне.
Поговаривают, что с этими песочными часами она спускалась в пыточную избу и давала татям пять минут на раздумье, чтобы они покаялись в совершенных злодеяниях. Именно столько времени требуется, чтобы на дно упала последняя песчинка. Что я хочу сказать этим подарком? Наше время также ограничено: если вы его не остановите в ближайшее время, так кто-нибудь из нас уже завтра сделается банкротом."
"— Спасибо, господа, я принимаю и этот подарок.
А теперь взгляните, как быстро открывается сейф, когда знаешь набор цифр и умеешь обращаться с круговым замком. — Точилин повернул колесо сначала в одну сторону, слегка нажав, заставил его немного сместиться, после чего повернул в другую. Затем взялся за колесо поменьше и принялся вращать его так же сноровисто. Торжествующе посмотрел на примолкших банкиров и уверенно потянул за ручку. Сейф мягко распахнулся.
— Браво! — похлопал слегка в ладони Лесснер.
— Браво. Вы, право, как факир на арене цирка. Нам остается только восторгаться таким мастерством.
— Хочу вам сказать, что господин Некрасов не открыл бы его даже в том случае, если бы надумал выбросить его с высоты Сухаревской башни. Сейф сделан из железа очень сильного сплава. Самое большее, на что он способен, так это слегка деформироваться. Но, сами понимаете, что денежки от удара не исчезают.
— Браво! Браво! — Хлопки Лесснера были услышаны, и комната наполнилась стройным негромким торжеством.
Глава 32
Банкетный зал в «Метрополе» был полон. Кроме банкиров и их спутниц на торжество было приглашено несколько князей, присутствовали вельможи из столицы. За отдельным столом сидели репортеры и с чувством уплетали бефстроганов и салаты. Ожидалось, что завтрашние газеты выйдут с фотографиями прошедшего торжества, о котором будет сказано немало лестных слов.
