Разворачиваюсь, выхожу, пряча ствол.
Глотаю прохладный воздух, пытаясь отдышаться. Мне кажется, я провонял смрадом и гнилью, которую источает этот живой труп.
Бай, значит...
Глава 24
Василиса"
"Не знаю, как так вышло. Страх по отношению к этому мужчине испарился, и появился интерес. Впервые в моей жизни мне стал интересен мужчина. Это открытие для меня. Сыграло много факторов: забота Андрея, желание помочь, его отношение к дочери. Его слова, прикосновения, горячее дыхание – это все окутало меня сладким, тягучим дымом.
Мне вдруг стал приятен мужской запах, его сильные руки, шепот, слова. Нет, мое тело рефлекторно, по привычке сжалось, а сердце заколотилось. А потом отпустило. Отпустило, когда я внутренне убедила себя, что мужчина, который меня касается, не мой монстр.
Он просил разрешения любить меня. И мне вдруг дико захотелось любви. Понять, как это, когда тебя любят не извращённой, похотливой любовью, а по-настоящему. Захотелось полюбить его в ответ. Поэтому я расслабилась, и меня отпустило.
Конечно, я чувствовала сквозь сон, как Андрей меня касается, но заставляла себя не выныривать из сна. Поэтому все воспринималось иначе. Это же сон, и в нем ничего плохого не могло произойти.
Утро немного отрезвило, страхи вернулись. Но совсем чуть-чуть. Мне было страшно, но хотелось продолжения. Любопытство берет свое. Мое тело словно плавилось и тянуло в сладкой неге целый день. Внутри все сжималось, это похоже на страх, но это не страх, это что-то…
Раньше я избегала встреч с Андреем.
А сейчас наоборот – ждала этого мужчину. Не знаю зачем. Скажу больше: когда он приедет, я не подойду к нему сама, но я жду.
Только Андрей не пришел ни вечером, ни на следующий день, ни через два дня. И внутри меня появилась тревога, смешанная с разочарованием. Это могло быть смешно, если бы не было грустно.
Так всегда происходит у нормальных людей?
Он появился неожиданно.
Я поливаю цветы в гостиной, думая о своем, ухожу в себя настолько, что ничего не замечаю.
— Бу! — раздается над ухом.
— А! — вскрикиваю, подпрыгивая на месте. Резко разворачиваюсь с колотящимся сердцем. — Марк! Сволочь! — замахиваюсь на этого гада мокрой тряпкой. Он уворачивается, но я все равно попадаю по спине.
Такой весь холёный сегодня, стильный, брюки цвета хаки, футболка, обтягивающая торс, кожаные браслеты на руке, и пахнет от него дорого. Но все равно сволочь смазливая. Убегает от меня, когда гонюсь за ним, ржёт.
