— И что ты тут толчешься? — желчно обратилась Татьяна к Груше. — Ты вроде пить хотела? Вот и ступай немедля в дом!
— Простите, — тихо вымолвила девушка. Бросив печальный взор на Елагина, она повернулась и, опустив голову, медленно пошла в сторону дворца. Татьяна со злобой отметила, как молодой человек долгим взглядом проводил удаляющуюся фигурку Груши, и сквозь зубы процедила, окликнув его:
— Андрей Прохорович! Вы слушаете меня?
— Да, — нехотя произнес Андрей и вновь обратил хмурый взор на княжну.
— Что ж, надеюсь, Федор справится, — заметила та.
— Но в понедельник непременно возвращайтесь в Чубарово. Я требую, чтобы именно вы контролировали стройку, и доверяю только вам. Без вас все испортят. Эти холопы так и норовят тяп-ляп все сделать.
— Почему же вы так думаете, Татьяна Николаевна? — опешил Андрей. — Наши каменщики с руками и головой. Не один дом построили. Хорошие мастера. К тому же я не успеваю и здесь и там находиться. Мне бы хоть пару недель тут побыть, проверить как дела.
— Здесь и без вас все нормально.
Агафья за девками присматривает, а Тимофей Ильич за остальными. В Чубарово вы нужнее.
— Но, Татьяна Николаевна, — начал Андрей.
— Вы что же хотите обсуждать мои просьбы?! — негодующе заявила княжна, сделав ударение на слове «просьбы», отчего оно прозвучало как «приказы».
— Нет, — хмуро процедил Елагин, испепеляя негодующим взглядом княжну и кипя в душе. Андрей чувствовал, что эта своенравная капризная девица достала его донельзя. И была бы его воля, он бы ей так ответил, что у нее пропало бы все желание указывать ему, что делать.
И уж тем более учить его управляться с хозяйственными делами. Небось, она в жизни своей палец о палец не ударила, а только и делает, что отдает приказы и злится, когда они не исполняются.
— Тогда будьте любезны, в понедельник отправляйтесь обратно, — повелительно заметила княжна, кусая губы и испепеляя молодого человека страстным и негодующим взором.
— Как скажете, Татьяна Николаевна, — уже сквозь зубы вымолвил Елагин."
"Татьяна видела, что сильно он раздосадован, скулы на его мужественном лице резко выделились от недовольства.
Но княжна прекрасно знала, что Андрей не посмеет ослушаться ее, потому что побоится потерять место управляющего. И оттого холодно добавила:
— Ах да, еще одно, Андрей Прохорович. В эту субботу съездите в Калугу, надо передать письмо для жены местного губернатора. Отвезете его…
— А что, посыльного нельзя отправить? — процедил Елагин, ощущая, что гнев заполняет все его существо.
