Наконец, под утро Груша забылась тяжелым сном. Агафья немного успокоилась и лишь плакала над ней, продолжая молиться.
Солнце давно встало, когда Груша открыла больные глаза и увидела перед собой взволнованное лицо няни.
— Как ты себя чувствуешь, доченька? — спросила Агафья и припала к девушке.
Та, застонав, прошептала пересохшими губами:
— Больно."
"— Выпей отвару, он немного облегчит, — заботливо сказала Агафья, поднося к губам девушки чашку.
Груша выпила и устало прикрыла веки.
— Нянюшка, если бы ты мне смертельного отвару дала, — прошептала глухо Груша.
— Что ты дитятко! — в ужасе воскликнула Агафья и начала гладить девушку по голове.
— Не будет мне жизни, пока я в его власти, — прошептала девушка с закрытыми глазами, и из глаз ее полились горькие слезы.
Агафья тоже заплакала и начала с любовью целовать руку Груши, которая свешивалась с кровати.
— Что ж ты перечишь-то ему, Грунечка? Ведь все хорошо было.
— Никогда больше я не покорюсь ему, — прохрипела девушка и, открыв глаза, безумно посмотрела на няню.
— Тем более сейчас, когда знаю, что Андрей любит меня. Мы с ним хотели убежать.
— Ох, я так и поняла, что князь осерчал на тебя из-за Елагина.
— Нет, не из-за Андрея, — продолжала Груша, снова прикрыв уставшие веки. — Князь жениться на мне хочет, а я отказала ему, вот он и разозлился.
— Жениться? — опешила Агафья.
— Да…
Агафья несколько минут приходила в себя.
— Видать, любит тебя, — вынесла вердикт женщина.
— А я ненавижу его! — с отвращением прохрипела Груша и посмотрела больным диким взором.
— Лучше уж смерть, чем по венец с ним!
— Ох, дитятко мое горемычное, — Агафья не успела договорить, как дверь в комнату открылась, и на пороге возник Урусов.
Агафья испуганно вскрикнула, увидев князя в измятом сюртуке и грязной белой рубашке. Опухшее от спиртного лицо было землистого цвета. Красные воспаленные глаза блестели недобрым светом. Агафья быстро вскочила на ноги и загородила своим телом лежащую на постели девушку.
— Я забираю ее, — заявил властно Урусов, проходя в комнату.
— Нет, — замотала головой Агафья.
— Отойди, — сказал мрачно Константин и посмотрел на женщину таким убийственным взглядом, что она поняла, спорить бесполезно. Князь чуть посторонился, и за ним вошли двое мужиков. Агафья несчастно наблюдала, как дворовые под присмотром князя осторожно перекладывают Грушу на носилки.
— Няня, няня! Не отдавай меня ему, — Груша звала Агафью хриплым голосом.
