Мы избавились от их власти. Вот по какой причине мы выбрали их дом базой.
– И Михаил Матвеевич вас не узнал? – пробормотала я.
Рита неожиданно улыбнулась.
– Представьте, нет. Ему и в голову не могло прийти, что организаторы конкурса – его воспитанники. Прошло довольно много времени, мы сильно изменились внешне, я отрастила волосы, сделала химзавивку, перекрасилась. Катерина подправила у пластического хирурга нос, ей хотелось стать звездой подиума, поэтому она убрала небольшую горбинку. У меня силикон в губах. Знаешь, даже подправив форму бровей, можно стать почти неузнаваемой.
Зямик бреет голову, год назад ему на щеке удаляли жировик, остался шрам, он пополнел, щеки округлились, второй подбородок появился. Но главное, Михаил и помыслить не мог, что мы вернемся.
– Но ваши имена! – не успокаивалась я.
– Рита и Катя? – хмыкнула помощница. – Вот уж эксклюзив.
– А Зиновий? – вдруг подала голос Капитолина, до сих исполнявшая роль безучастной слушательницы.
– Михаил Матвеевич с нами практически не общался, – пояснила Рита, – мы к нему всегда Лампу со всякими проблемами посылали.
Один раз он со мной в кухне столкнулся и спросил:
– Как вашего режиссера по паспорту зовут?
– Зинаидий, – не моргнув глазом, солгала Маргарита, – отец его так в честь своей матери назвал, а мы кличем его Зяма. Не Зина же. Неудобно так к мужчине, которому хорошо за тридцать, обращаться, еще подумают чего плохое.
– За тридцать, – кивнул Михаил Матвеевич и ушел.
– Хитро, – одобрил Макс, – если старика и смутило редкое, но знакомое имя, то ты выкрутилась.
И возраст режиссера категорически не подходил. Обычно людям не нравится выглядеть старше своих лет, но вам внешность Зямы помогла. Трудно принять его за парня, которому едва стукнуло четверть века. Он похож на человека, перешагнувшего четвертый десяток. Следующий вопрос. Зачем вы устроили базу в этом доме?
– Издеваетесь? – зашипел Зяма. – Уже сто раз объясняли.
– Психотерапия? – переспросила я. – Метод шокового воздействия? Вернуться в ад, где вас мучили, чтобы изгнать страх?
– Да, – подтвердила Рита.
– Многие узники фашистских концлагерей после освобождения раз в год собираются в Освенциме, Биркенау, Бухенвальде, чтобы понять: они на свободе.
– И Катя была в курсе? – продолжала я. – Она одобрила эту идею?
– Ну конечно, – кивнул Зяма.
Я заглянула режиссеру в глаза."
"– Тогда объясните мне одну странность. Ваша троица на протяжении большого времени занимается мелким мошенничеством, связанным с тотализатором.
