Наташа полюбила Лидию Алексеевну, считала ее своей близкой родственницей."
"Бедная Наташа, она была явно психически нестабильна. Теперь понимаю, отчего несчастная испугалась, когда я упомянула про подпол. И она при нашем разговоре казалась странной, вспомнила скончавшуюся Лидию Алексеевну! Антон, когда я ему назвала это имя, живо сориентировался: якобы его мать зовут Нина Егоровна, а фамилия Лидия Алексеевская. Вот почему Антоша почти сразу выдал правду про личные апартаменты Груздева. Зять хозяина опасался, что я начну искать подвал и, не дай бог, обнаружу заделанный вход.
Антон рассудил просто: натреплю чрезмерно любопытной тетке про апартаменты, она подумает, что я с ней предельно откровенен, и успокоится, поверив, что нету в здании подпола. Зять по-прежнему преклонялся перед тестем. Одно не понятно, почему он не донес старику о моих расспросах?
Макс потер затылок.
– Думаю, Антон хорошо играл свою роль. Машина, которую он продавал, помесь «Мерседеса» с собачьей будкой, никогда не принадлежала Нине Егоровне.
Развеселая мамашка, которая сплавила крохотного сына Груздеву, потому что мальчик мешал ее отношениям с мужчинами, и не слышала про автомобиль. Гибрид принадлежал старику Груздеву.
– Антон задумал обмануть хозяина? – с сомнением спросила я. – Мало на него похоже. Он женился на Наташе, остался в доме Груздева, не покинул его, став взрослым мужчиной. Маленького мальчика, подростка можно удержать за забором, но Антон вырос, он спокойно выходил из дома, ездил по городу и всегда возвращался назад.
Он не делал попыток убежать, считал Груздевых своей семьей, одновременно боялся, уважал старика и восхищался любыми его действиями. И вдруг – украсть машину. Выдумал для меня целую историю про отца, который был ну просто замечательным! Собирал авто по частям, бегал по помойкам!
– Людям, выросшим в интернатах, свойственно придумывать себе семью, – пояснил Макс. – Я сам врал о родителях-дипломатах, которые служат за границей.
– Но как он решился обворовать Груздева? – недоумевала я.
– Отчего изменил свое отношение к нему? Неужели не понимал, что рано или поздно старик зайдет проведать чудовищный механизм, не найдет его на месте и поднимет шум!
– У меня другие вопросы, – подхватил Макс и посмотрел на режиссера. – Зачем вы вернулись в этот дом?
Зяма вздернул подбородок.
– Объяснить заново? Это психотерапия. Мы хотели избавиться от груза воспоминаний, а для этого следовало приехать сюда и понять: Груздев – жалкий старикашка, Анна – его тень.
