Когда чуть отпускает, нащупываю телефон.
– Нюта, я не разбудила?
– Ну, что вы, Даная Васильна! Что-то случилось, да? Вы это… это видели, правда?
Закатываю глаза.
– Лишь кусочек. Мне хватило. Я чего звоню. Дома все в порядке?
– Конечно. Все пучком. То есть все под контролем.
– Я завтра приеду. Жди меня часов в девять. У меня важная встреча с этими Строй-пром-как-их-там. И что еще, не помнишь навскидку?
– Ничего. Мы же до двенадцатого все освободили, – голос Нюты звучит настороженно.
– И правда. Ну, к счастью, я восстановилась быстрей.
Так что нагружай меня потихоньку. Я не против. Перво-наперво нужно посмотреть Нетфликсовский проект.
– Как это? А что Георгий Святославыч скажет?
– Его это не касается, – горячусь я.
– Постойте… Так вы домой, что, с концами?! А я-то, дурочка, не поняла. Ой, а вы что, поругались? Расстались? Он вас обидел, да?
– Нюта… Прекрати нагонять драму. У нас и серьезного ничего не было. Все. До завтра.
Отключаюсь, потому что объяснять ей все, как есть – нет сил.
Да и что тут скажешь? Мы не ругались, и он меня не обижал. А то, что расстались… Не знаю. А мы вообще были вместе?
Маюсь в постели часов до четырех утра. А после, понимая, что все это время себя обманывала, надеясь, что он придет и скажет что-нибудь, что меня остановит, встаю. И больше не щадя себя, задавив на корню надежду, что, оказывается, затаившись, сидела внутри, начинаю собирать вещи. Их немного. Потому что я не нуждалась в вещах, сидя дома. Я, даже чтобы выйти с Егором в город, надела его пацанячье.
Кажется, после этой выходки сын Георгия меня по-настоящему принял. Да и я отлично провела с ним время. А теперь все… Все.
Застегиваю замки на небольшом чемодане. Прохожусь по комнате, проверяя, ничего ли не забыла. Не хочу, чтобы он думал, будто я сделала это специально, оставляя повод вернуться. Потому как это не так.
В последний раз гляжусь на себя в зеркало. Кожа за это время действительно зажила, просто кое-где еще шелушится. Но я ведь не это хотела увидеть… Я хотела увидеть сильную, полную решимости женщину.
А вместо нее обнаруживаю ужасно растерянную, какую-то больную даже, девчушку. Нет. Так дело не пойдет, Даная! Ты же актриса, ну? Что тебе стоит отыграть все как надо?
Распрямляю плечи, вскидываю подбородок и вот так, вживаясь по привычке в чужую роль, иду прямиком к Астахову.
– Не спишь?
– Нет уже. Ты куда нарядилась?
Ну, допустим, нарядом мои джинсы и свитер довольно трудно назвать…
– Я возвращаюсь домой.
