Болван самонадеянный? Признаю! А потом… Когда мы с сыном чуть друг друга не поубивали, когда я понял, что ты пойдешь на все, что готова даже сбежать от меня на другой конец света, только тогда я понял, что молчание не доведет до добра. Я понял, что есть ситуации, в которых доверие рассыпается и от него ничего не остается. Я понял, что всеми своими дальнейшими действиями только ухудшал ситуацию, только подкреплял твои подозрения. Поэтому и высказался. Есть ситуации, в которых должны говорить лишь факты. Прости, что довел все до абсурда.
Я слепо верил, что делаю, как лучше, но не понимал, что этим самым лишь сильнее загоняю нас в тупик, а тебе это приносит лишь стресс. Прости. Может быть, когда-то… — говорит он с тоской. — Позволь мне быть рядом.
Его глаза стали серьезными.
— Юля.
Он крепче обнимает меня.
— Я не изменял. Я люблю тебя.
Я замираю. Стою, сжав кулаки, готовая в любой момент развернуться и уйти. Но Евгений не дает мне этого сделать.
Он медленно достает телефон, включает запись.
— Посмотри.
Помнишь, мы как-то сидели, пили вино, болтали…
На экране — мы.
Наша гостиная. Полутемно. Мы лежим на диване, я — в его футболке, он обнимает меня сзади, губы касаются моей шеи.
О боже, я почти забыла об этом!
Как-то мы лежали и болтали обо всем на свете, задавали друг другу провокационные вопросы и требовали ответить на них честно.
— Чего ты боишься, Жень?
— Ничего.
— А если серьезно, ммм?
На видео я пытаюсь его защекотать, но он, как типичный суровый мужик, совсем не поддается на мои детские провокации.
— Облажаться боюсь, — наконец, нехотя говорит он. — Перед тобой. Облажаюсь, и ты меня кинешь.
— Даже если ты когда-нибудь облажаешься — я останусь, дам тебе второй шанс, — говорит на записи мой собственный голос, мягкий, полный любви и такой искренний.
Запись заканчивается.
Я поднимаю на него глаза.
— Облажался, — говорит он тихо. — Повел себя, как козел. Но я — твой козел. И я прошу… прошу дать мне второй шанс.
Я молчу.
Слишком много эмоций. Слишком много боли.
Любовь иногда причиняет боль, даже когда открываешься перед любимым человеком, когда все твои мысли и поступки перед ним на ладони.
— Я не знаю, как начать, — наконец, выдавливаю я. — Мы едва не стали врагами.
Он делает шаг вперед.
— Предоставь это мне, — говорит он.
И я...
Я цепляюсь за его рубашку.
Не обнимаю. Не прижимаюсь.
Просто держусь.
Он сам меня обнимает крепко-крепко и обещает:
— Я тебя никогда не отпущу. И не упущу этот шанс.
