За завтраком Кип предложил Ригану и Дарену отправиться на рыбалку к небольшому озеру в окрестностях города."
"— Дядя Кип обещал научить меня ловить форель! — восторженно сообщил Дарен, уплетая блинчики с медом. — Говорит, там водится самая вкусная рыба во всей округе.
— Отличная идея, — согласилась Делия, поглаживая сына по голове. — Свежий воздух пойдет тебе на пользу.
Когда мужчины ушли, вооружившись удочками и корзиной для рыбы, мы с Делией устроились в тенистом уголке сада на плетеной мебели среди благоухающих роз.
Утреннее солнце еще не жгло, а легкий бриз приносил прохладу. На маленьком столике между нами дымились чашки ароматного кофе и лежали свежие булочки.
— Наконец-то мы одни, — улыбнулась Делия, устраиваясь поудобнее в кресле. — Теперь можем поговорить по душам.
Я отпила глоток кофе и посмотрела на подругу. В утреннем свете она выглядела особенно молодо и красиво, а в ее глазах светилось то спокойствие, которого я не видела в столице.
— И все же, что у тебя с этим управляющим? — спросила она без предисловий.
— Не знаю, — честно призналась я. — С одной стороны, он привлекательный, умный мужчина. С другой, я не доверяю ему.
— Сложная ситуация, — согласилась Делия. — А ты что-то чувствуешь к нему?
— Вот в том-то и дело, — призналась я, краснея. — И это еще больше усложняет все. Когда он смотрит на меня, когда приносит букет полевых цветов или предлагает прокатиться верхом, я забываю обо всем. А потом вспоминаю и злюсь на себя за слабость.
— Мне кажется его чувства к тебе искренни, — мягко предположила Делия.
— Возможно, — кивнула я. — Но как это проверить? Как понять, где правда, а где расчет? В моем положении каждый неверный шаг может стоить слишком дорого.
Мы помолчали, слушая звуки сада. Затем я повернулась к Делии:
— А как твои дела? В столице ты рассказала, что Дарена могли забрать. Но что это значило?
Лицо Делии потемнело, и она крепче сжала чашку с кофе.
— Это долгая и не очень приятная история, — сказала она после паузы.
— Боюсь, покажется тебе ужасной.
— Полагаю, меня мало что может удивить, — заверила я.
Делия глубоко вздохнула, словно собираясь с силами для трудного рассказа.
— Начну с самого начала, — сказала она тихо. — Я была единственной дочерью Алтона Рейна, владельца процветающих текстильных предприятий. Мои родители погибли…
В ее голосе прозвучала такая боль, что я невольно подалась вперед.
— Я была убита горем, совершенно потеряна, — продолжала Делия.
