Третья вещь, которую тебе следует уяснить — у тебя нет права показывать свои сомнения на людях. Это подрывает их боевой дух и отбивает желание следовать за тобой. В конце-концов люди идут за тем, кто знает куда он движется и движется, а не жуёт сопли, рассуждая, а правильно ли он поступил.
— Но ведь тогда он будет наступать на одни и те же грабли. Снова и снова, пока не расшибёт себе лоб.
— Опять крайности, — покачал головой сержант, — Во всём хороша мера. Золотая середина, я бы сказал. И если ты хочешь быть хорошим командиром, то тебе предстоит нащупать её по всем трём вопросам.
А пока не нащупал — не забивай себе голову ерундой и не пытайся взваливать на плечи больше, чем можешь унести.
— Делай, что должно, и будь, что будет? С этого, наверное, и надо было начинать, — ухмыльнулся я, однако сержант в этот раз остался совершенно серьёзен.
— Ты сам должен был прийти к этому выводу, — кивнул Бернард, — Рад, что это случилось так быстро. А теперь, если ты закончил мотать сопли на кулак и снова отрастил яйца, будь добр, поведай, что же всё-таки произошло.
На мгновение над столом повисла тишина. Я прикрыл глаза и проанализировал ощущение. Стало действительно легче. Конечно кошки всё ещё скреблись где-то на задворках сознания, но всё-таки… Сержант очень хорошо разложил всё по полочкам. В конце-концов они сами выбрали меня командиром. А многие — сами напросились ко мне в отряд. Силком никого не волокли. Да и уйти каждый из них может в любой момент.
Так что я и правда похоже слишком загнался. Мальчики уже большие. Сами могут нести ответственность за последствия своего выбора.
— На нас напали. Те же уроды, что и в Риверграссе. Должно быть дошли до столицы сушей, — я взял кружку с квасом и сделал крупный глоток, а затем снова поманил к себе служанку. Теперь, когда с моральными терзаниями было покончено, пустой желудок вновь дал о себе знать.
— Сколько их было?
— Две дюжины. Хотя, наверное даже две с половиной, — пожал плечами я, — Во время боя — некогда было их считать.
А после — уже и незачем.
— И вы их всех уделали? Потеряв одного человека? — Бернард удивлённо посмотрел на меня.
— Не мы, — я покачал головой и взял поднос из рук вернувшейся официантки. На ужин была тушёная капуста с крупными кусками мяса. Не слишком изысканное блюдо, однако моему жаждущему подношений желудку было уже глубоко плевать на то, насколько изощрённую еду в него накидают, — Орден их перебил.
