Много. Не меньше двух дюжин. Но они почему-то не спешили приближаться к своим основным силам. Вместо этого разбились на три отряда. Два начали огибать увлечённых сражением бойцов по широкой дуге, заходя им во фланги. Третий же, самый крупный из всех выдвинулся прямо в тыл.
Нежить повалила бойца. Придавила к земле. Начала грызть кольчугу на руках. Пытаться сорвать шлем и горжет, чтобы добраться до горла. Длилось это не больше секунды. В следующий миг стоявшие рядом с ним солдаты сделали два шага вперёд. Развернулись, образовав полукольцо и несколькими точными ударами копий проткнули мертвякам рёбра.
Сверкнули фальшионы стрелков, стоявших во второй линии. Послышался хруст разрубаемой плоти. Три обмякших, обезглавленных тела упали на землю. Две оставшихся твари тоже продержались недолго. Одной раздробил голову полекс командира, вторую, пригвождённую к земле двумя копьями, просто изрубили в куски небольшими чеканами (одноручный боевой топор).
— Всё… — позади нас послышался сдавленный голос Вернона, — Больше тут ничего не сделать.
Парень стоял на коленях, упираясь руками в пол. С кончика его носа на тёмные, покрытые толстым слоем пыли плиты капала кровь. Заклинание отняло у лекаря много сил. И всё-таки это снова был человек. С бледной кожей, тёмными кругами под глазами, изможденный и вымотанный он больше не напоминал хищную и очень опасную тварь, каким-то чудом вырвавшуюся с того света.
— А больше и не нужно, — ответил Алвур, — Смо…
Договорить он уже не успел. Вечернюю тишину, на несколько мгновений повисшую над полем бое прорезал крик нескольких десятков глоток.
«Очищение в жертве!» — заорали солдаты, обступившие потрёпанный отряд врага с трёх сторон. И бросились в атаку. Вновь раздались щелчки арбалетов. Зазвенела сталь. А вслед за ней послышались крики раненных и стоны умирающих бойцов.
— Мать твою, орден, — воскликнул Одрик, — Святоши!
— Они то что тут делают, — сплюнул Алвур вновь натягивая тетиву своего арбалета, — Уж не по наши ли…
— По наши, по наши, — перебил его я, убирая кацбальгер обратно в ножны, — Только не души.
Спасать они нас пришли.
— С чего бы, — устало бросил Вернон, подходя к нам. Парень всё ещё был бледен, словно смерть, но быстро приходил в себя. Взгляд становился осмысленным, речь — более связной.
— Скоро узнаем, — пожал плечами я, окидывая взглядом поле боя.
Схватка быстро стихала. Солдаты врага не заметили подошедших со спины святош. Не успели перестроиться и оказать хоть сколько-нибудь серьёзного сопротивления.
