Хабаров всерьез взялся за Максима, и я не понимаю, откуда к нему такая ненависть.
Зато я, кажется, начала понимать.
— Кстати, про документы. У Беляева Артура Давидовича, юриста Максима, есть доверенность от моего имени. Он недавно подавал в суд документы на развод.
— Это мой юрист. Я позвоню ему сегодня. Надя, Глеба так или иначе посадят, — заверил меня Динар. — Это всего лишь вопрос времени. Спасибо, что позвонила.
— Такие, как мой муж, всегда выйдут сухими из воды. Если вдруг у меня завтра не получится выбраться, то прошу, забери у него Дину, дай им с няней защиту и шанс выбраться из этого ада.
— Я сделаю все от меня зависящее. Максим не желает тебе зла, — вдруг сказал он, а я ничего не ответив, завершила вызов.
В первую очередь мне следовало думать о нас с Диной, а потом уже о деньгах и обо всем, что когда-то принадлежало нашей семье. Отправив Динару информацию о времени, когда буду завтра в участке, я спрятала телефон и спустилась в гостиную. Взяла в руки домашний телефон и набрала еще один номер.
Я устала разыгрывать смирение и апатию перед Глебом, испытывая при этом совершенно противоположные чувства. А еще несколько дней назад за завтраком я заметила, как Галина что-то подмешивала мне в питье. Нельзя было оставаться в этом доме и рисковать своим здоровьем. Мне приходилось изворачиваться, подстраиваться под ситуацию, а внутри было странное и пугающее чувство пустоты. Если я просчиталась, доверившись Динару, а в итоге ничего не получится, то Глеб достанет меня из-под земли и не оставит от меня и мокрого места… Но кроме как рискнуть мне ничего больше не оставалось.
Пять лет брака с Глебом были ошибкой. Впрочем, как и чувства к Шведову пять лет назад.
— Надя? Ты? — услышав удивленный голос Алисы, помощницы Лаврова и по совместительству любовницы моего мужа, я заставила взять себя в руки и перестать думать обо всем, что произошло в моей жизни. Какая же я была все это время дура, думая, что мы с Глебом настоящая семья, пока он трахал за моей спиной других женщин.
— Ты ведь хочешь занять мое место? Всегда хотела, да? Начиная со Шведова и заканчивая моим мужем? — я знала, что вежливый тон это последнее, в чем мы обе нуждались.
— Надя… Ты чего?
— Хватит притворяться, Алиса. Я все вспомнила. Глеб тебе, наверное, об этом не говорил? Какая же ты… — я опустила нелицеприятные слова, потому что звонила не за тем, чтобы ругаться.
