Это плохо!
Оля взяла капитана за руку:
– Это ты извини меня, Володь! Я, я…
– Не надо, Оль!
– Надо! Я не имела права осуждать тебя. Господи, кто бы знал, как мне плохо. Считала себя сильной, а оказалось… оказалось, что я совершенно беспомощна. И эту беспомощность спрятала за независимостью, страх за гордостью, каприз за обидой. Ведь обижаться легче всего. Вот и попала в тупик, из которого нет выхода.
Капитан посмотрел ей в глаза:
– Я понимаю тебя и прошу, не вини себя ни в чем и ничего не бойся. У тебя, у детей бандиты отняли отца и мужа.
Но ничто не проходит бесследно. Да, Андрея мы уже не вернем, но, клянусь, его убийцам недолго осталось ходить по этой земле. Они ответят за все! Сполна ответят. Надо только найти их!
Ольга неожиданно проговорила:
– Мне кажется, я знаю, кто убил Андрюшу!
– Что? Знаешь убийц?
– Ну, не то чтобы знаю, но… догадываюсь! Возможно, и ошибаюсь.
– Так, подожди! Это уже другой разговор, и здесь для него не место. У меня недалеко припаркована машина, давай отъедем куда-нибудь.
В придорожное кафе, например. Там и обсудим твои предположения. А заодно и пообедаем! Решим, что делать дальше. Как смотришь на это?
Вдова брата Владимира согласилась:
– Ты прав, лучше уехать отсюда, я не могу смотреть на эти трущобы! Хочешь спросить, как оказалась здесь? Расскажу!
– Хорошо! Идем!
Владимир с Ольгой подошли к «Шкоде», возле которой на старом ведре восседал Витек.
Увидев хозяина иномарки, поднялся, посмотрел на часы:
– Тачка в порядке. А платить тебе, господин хороший, придется две сотки.
Больше часа отсутствовал!
– Тебя кто-нибудь здесь видел?
– Честно?
– Конечно!
– Ни одна душа! Даже мелкота не появлялась. Все на свалку, видимо, двинули. Но это не значит, что ты не должен платить, ведь я мог и соврать!
Капитан протянул охраннику пятисотенную купюру:
– Держи заработанные деньги!
– Но у меня нет сдачи. Или ты подождешь, пока я в магазин слетаю?
– Нет. Забери все! И запомни, если кто спросит, как я приехал, ты видел. Попросил присмотреть за машиной – согласился.
Интересовался женщиной, которая рядом. Но вот о том, что мы с ней уехали вместе, никому ни слова. Я уехал отсюда один. Ты меня понял, Витек?
– Какой базар? На Витька можешь, как на себя, положиться. А что, могут спросить?
– Могут. А могут и не спросить! Спасибо тебе. Удачи!
– Угу! И вам того же. Ты вот что, господин хороший, забери эту бабу отсюда! Не место ей здесь. Не дай бог, мужики обожрутся, на клочья раздерут. А на нее один хмырь уже глаз положил.
