— Как мы сделаем это, сэр?
— Не имею ни малейшего понятия, — ответил он с обезоруживающей, почти детской улыбкой, от которой у нее перехватило дыхание.
Дафна и представить не могла, что этот человек с такими резкими манерами и повелительными интонациями умеет подобным образом улыбаться.
Раньше она думала, что длительное общение с четырьмя братьями, которые никогда не жалели для нее улыбок, сделало ее малочувствительной к этому способу выражать свое расположение, но оказалось, это не так: ее сердце дрогнуло, она даже почувствовала слабость в коленях.
Чтобы отвлечься от этих волнующих мыслей, девушка снова опустилась на колени рядом с Найджелом, называя его по имени и умоляя проснуться. К ее удивлению, он почти сразу откликнулся.
— Дафна! О Дафна! — простонал он. Незнакомец моментально отреагировал на имя.
— Дафна, — повторил он. — Раньше этот человек называл вас как-то по-другому. Вас зовут Дафна?
— Да, это мое имя, — раздраженно ответила она, поднимаясь с колен. Ей снова не понравился его властный тон.
— Что вам в нем не нравится?
— Господи, значит, вы Дафна Бриджертон?
— Не буду отрицать, сэр.
Саймон отступил на два шага, не сводя глаз с ее лица. Конечно же: густые каштановые волосы, нос, скулы — совсем как у Энтони. Она его сестра!
Черт возьми! А у него возникли сластолюбивые помыслы, он был не так уж далек от желания овладеть ею! Не здесь, конечно, не в коридоре, но при более удобном случае…
Однако теперь… теперь он не смеет даже в мыслях нарушить незыблемое правило дружбы: не возжелай греховно сестру друга твоего.
По-видимому, она уловила в его взгляде какую-то растерянность, потому что спросила с легкой насмешкой:
— А кто же вы? Могу я это узнать?
— Мое имя Саймон Клайвдон, — пробормотал он.
— Герцог Гастингс?
Он молча кивнул.
— О Боже, кто бы мог подумать!
Теперь был его черед наблюдать некоторую растерянность на ее лице, она даже побледнела — или ему показалось?
Тоже не без иронии он спросил:
— Надеюсь, вы не собираетесь упасть в обморок, мисс Бриджертон?
Его предположение задело ее.
— Уверяю вас, нет! — резко ответила она.
— Прекрасно.
— Просто сегодня, — посчитала она нужным добавить, — мой брат говорил о вас…
— Полагаю, ничего плохого? — перебил он ее с усмешкой.
— Говорил, что вы опасный человек. И не только от него я слышала это.
— Я? Д-д…
Он почувствовал, что язык не повинуется ему, и замолчал, вобрав в себя воздух. Со стороны могло показаться, человек просто возмущен чем-то и пытается совладать с гневом.
