Желает подступиться ко мне через дочь?
Вот только нужна ли она ему будет, как только он получит своих детей? Очень в этом сомневалась.
Глава 17
Я оказалась права, и генерал просто сменил тактику. Весь день он словно ходил по моим следам, нигде не оставляя в покое. За что бы я ни бралась — рядом появлялся он и предлагал помощь.
Отказы не помогали.
Дрова порубил и в дровню сложил. Землю под грядки вскопал. Овощи на суп почистил. Да и сам его приготовил.
Куда ни поверни голову — всюду он.
И если Амму и Юниль это забавляло, то меня доводило до трясучки.
В какой-то момент я поймала себя на мысли, что хочу забиться в темный уголок и не показываться оттуда. Поэтому сбежала в комнату и задернула занавеску на дверном проеме. Мне чудилось, что он стоит там за ней и тяжело дышит. Будто преследует как жертву. Загоняет. Не дает расслабиться.
Дожимает. Моя волчица глухо рычала, злясь на того, кто так пугал. Но пока зверь не вмешивался, позволяя делать выбор человеку.
Сидя на кровати, внимательно вслушивалась в шаги и разговоры, не чувствуя себя в безопасности в собственном доме.
Взгляд тем временем прикипал к окну. Там за забором виднелась лесная опушка и небольшой участок узкой разбитой дороги, отходящей от тракта. Мысли возвращались к побегу.
Сколько дней нужно идти по дремучим зарослям? Звериными тропами и не заплутать.
Как выйти к большой дороге? Подберет ли нас кто-нибудь или нет? Чем отплатить за проезд? Конечно, могло и повести, и по пути нам встретились бы жрицы Яники. Но надежды на это было до обидного мало.
Я всё больше убеждалась, что нужно бежать. Быстро, пока драконы ничего не поняли. Не смекнули, к кому на деревенский праздник телегу прикатили.
Да и Бирн пока кругами дальними ходил, но я знала братца — крепким терпением он не обладал никогда. Найдет способ достать, он всегда был жесток и коварен.
Я до одури боялась за семью. За будущее Юниль, которая могла второй раз остаться без любимой мамы.
За Амму. Руни — все, что осталось от ее любимой дочери. В нем вся её жизнь.
Я не понимала, почему сейчас она так спокойна. Неужели не осознает, что над её внуком навис топор палача. Или полагает, что раз он сдружился с будущим императором, то это его как-то спасет?
Нет. Льюису, быть может, и будет его жаль, но наследников бывших правителей давят в первую очередь. А он сын ханыма.
В голове мысли крутились по кругу, сводя меня с ума. Я будто зациклилась и топталась на месте. Вокруг одновременно и суматоха, и полное бездействие.
