— Парень, я просто хочу понять, за что меня так жестко отвергают. Только и всего.
Скосив взгляд, успела прочитать:
«Отстаньте от моей сестры, генерал»
Казалось бы, простая фраза, но меня она испугала еще больше. Не хватало, чтобы брат вызывал гнев на себя.
— Не вмешивайся, Руни, — произнесла как можно спокойнее и, поймав, сжала его запястье. — Раз уж проснулся, помоги с курицами.
Он недовольно поморщился, но все же кивнул.
Взял неглубокую корзинку для яиц и ушел.
— Одно радует — семья у вас крепкая, — хмыкнул Вегарт, проводив его взглядом.
— Парень ни в какую не соглашается о тебе хоть слово рассказать, мать отшучивается, а Юниль и вовсе отца не знает. Хотя девочку я не тревожил расспросами. Ни к чему это.
Слушая его, пыталась занять руки, замешивая тесто на оладьи.
— А я ведь овощи принес, — напомнил дракон. — Я остановилась и взглянула на миску.
Выдохнула и упёрлась руками в стол.
— Тебе нужно отдохнуть, Грета.
Он резко встал, и я невольно отшатнулась. Дракон заметил, сверкнул голубыми глазищами, но виду постарался не подать.
Опустил руки на мои плечи, сжал их и, развернув меня, усадил на стул, где только что сидел сам.
— Знаешь, а все равно мне, кто был до меня. В конце-то концов, он мне даже подарок оставил, но об этом потом. Не хочешь говорить о ведуне том и ладно. Просто дай понять — угрожает он тебе сейчас или нет?
Я, не думая, покачала головой.
Взяв миску, Вегарт со знанием дела принялся домешивать белую массу.
— Уже неплохо. Есть у меня, Грета, одна проблема — груб слишком.
Негде мне было деликатности учиться. Рос в доме хуже этого. Единственный мужик при матери. Она у меня ведьмой была. Огород как у вас, курятник с драгоценными пятью курицами и облезлым петушком. И, казалось бы, сын орина от истинной, но нет. У моего отца кровь с изъяном. Он нашел сразу трех женщин. Все единственные, — он засмеялся, оценив собственную шутку. — Первая — богатая орина, вторая — дочь зажиточного торговца. И простая деревенская ведьма. Угадай, какого сына он постеснялся взять в свой дом?
Сглотнув, я недоверчиво взглянула на него.
Признаться, с такой стороны я жизнь этого мужчины не представляла.
— Да, меня, — он кивнул. — Помогал, да. Но недостаточно. Его наследником был мой брат Дьярви. Вот только он в него характером не пошел. И прогибаться под папашу не собирался. Одним прекрасным днем явился за мной и, прихватив с собой ещё одну осиротевшую, ненужную папаше, незаконнорожденную дочку, мы дружно убрались в закат.
