– Дэвид, а что мы будем делать?
– Вы, – он сурово посмотрел на Ханну, – пойдете со мной. Маркус снесет мне голову за то, что я привез вас сюда. Поэтому не усугубляйте мое положение и берегите себя. Помните, что Дэвид – это он. Называйте меня Эксетером или вообще никак. Вы якобы рассержены на него за то, что он повел себя как дурак и подверг опасности вашу дочь. – Дэвид поморщился. – Не болтайте много и не смотрите на меня дольше, чем это необходимо. Когда вы смотрите на Маркуса, все видят, как вы его любите.
Ханна покраснела.
– Хорошо. Я постараюсь.
Он бросил на нее взгляд через плечо и снова отвернулся.
– У вас все получится. Поверьте.
Ханна нервно поежилась. Оставалось еще одно, что сильно ее тревожило, причем справиться с этой тревогой она не могла.
– Что, если они поймут: он – не вы, а вы – не он? Как тогда быть Маркусу?
Дэвид усмехнулся.
– Я не могу отвечать за брата. Однако, если ему хватит ума, он будет изображать своего никчемного, вечно полупьяного братца, который только и ждет, что вмешается богатый и могущественный герцог и в очередной раз спасет его шкуру.
Ханну передернуло, а карета тем временем остановилась. Дэвид опустил занавеску.
– И это будет справедливо – он столько раз меня спасал! Вы готовы?
Ханна кивнула. Дэвид толкнул дверцу кареты.
Маркус разыскал обидчиков брата без особого труда. Две огромные тени обрушились на него в ту же минуту, как он ступил на землю, выходя из наемного экипажа.
Громко возмущаясь, снося тычки и понукания, он позволил налетчикам увести себя в узкий переулок, который, петляя между мрачного вида складами, привел их к ветхому зданию у самой кромки воды.
Доски причала стонали и скрипели под ногами, и до слуха герцога донесся тихий плеск волн, бьющихся о сваи.
Старый дом начальника порта, догадался Маркус. Он едва не споткнулся о порог, когда его втолкнули в дом и к нему подскочила еще пара дюжих молодцев. Герцога усадили на стул и связали. Из дыры в крыше сочилась вода, холодные капли падали ему за шиворот, веревки резали запястья.
Пока Эксетер сидел и для видимости возмущался, вошел невысокий крепыш с копной светлых волос, огромным красным носом и жестокой ухмылкой на перекошенных губах. Этот пятый молча уселся напротив Маркуса. Наверняка это Рурк. Его подручные угрожающе поигрывали мускулами.
– Почему не сделал то, что тебе было велено? – презрительно бросил один из них.
Маркус скорчил гримасу.
– Ну как тебе сказать… Решил воспользоваться гостеприимством брата.
