— Готово, — сказал я. — Валим отсюда.
* * *Мы вернулись в Риверхед, по дороге заехав в «Уолгринс» за пластырями, марлей, перекисью и бетадиновой мазью. Элис пошла в аптеку, а я остался ждать в машине. Пока мы добирались до отеля, мое туловище и левая рука изрядно затекли. Мы вошли через боковую дверь, которую Элис открыла при помощи карточки. В номере она помогла мне снять куртку. Посмотрела на дыру в ней, затем на мою рубашку.
— Господи.
Я сказал ей, что выглядит это дело наверняка хуже, чем есть. Большая часть крови уже высохла.
Потом Элис помогла мне снять рубашку и снова помянула Господа, только голос ее звучал глухо, потому что она прикрыла рот ладонью.
— Это не царапина!
Ну да. Пуля вспорола плоть прямо над тазовой костью. Рана была глубиной примерно в полдюйма. Из нее сочилась свежая кровь.
— Быстро в ванную. Если не хочешь тут кровищей все перепачкать…
— Да она уже почти остановилась.
— Ага, конечно! Стоит пошевелиться, она снова течь начинает. Надо тебя раздеть и поставить в ванную, чтобы я могла нормально обработать и перевязать рану.
Чего я, между прочим, никогда в жизни не делала. Хотя сестра однажды накладывала мне повязку, когда я на велике въехала в почтовый ящик Симекисов.
Мы пошли в ванную, и я сел на крышку унитаза, чтобы Элис могла снять с меня обувь и носки. Потом встал — рана вновь закровоточила, — и Элис расстегнула мой ремень. Я хотел сам снять брюки, но она не дала: опять усадила меня на крышку унитаза, присела и быстро их стянула.
— Белье тоже. Трусы с левой стороны пропитались кровью.
— Элис…
— Не спорь! Ты же видел меня голой, так? Ну вот, теперь мы в расчете. Полезай в ванну.
Я встал, скинул трусы и забрался в ванну. Пока я это делал, она поддерживала меня под локоть. На левой ноге кровь запеклась аж до колена. Я потянулся за лейкой душа, но Элис поймала меня за руку.
— Может, завтра. Или послезавтра. Сегодня точно не стоит.
Она включила кран, намочила под струей воды салфетку и стала бережно протирать кожу, стараясь не задевать рану.
В слив потекла красная вода с маленькими сгустками крови.
— Господи, у тебя бок прямо вспорот! Как ножом.
— В Ираке я и похуже раны видел, — сказал я. — А с такими парни уже на следующий день кварталы зачищали как ни в чем не бывало.
— Правда?
— Ну, ладно, через пару-тройку дней.
Она выжала салфетку и бросила ее в корзину для мусора с полиэтиленовым пакетом внутри, а мне дала другую, чтобы отереть пот с лица. Вторая салфетка отправилась следом за первой.
