Поэтому слушай, что я говорю. Протяни руки вперед.
— Я не вижу! Я ничего не вижу!
— Вытяни руки, и я тебе помогу.
Джек или Хэнк продолжает кататься по ковролину как сумасшедший. Он не вытягивает руки, как ему велено, он пытается сесть, а с таким здоровяком шутки плохи. Билли кидает сумку на пол и пинает его под дых. Воздух резко выходит у него из легких, брызги пены шлепаются на пол.
— Я неясно выразился? Руки вперед, тебе говорят!
Парень протягивает ему руки: глаза зажмурены, щеки и лоб горят огнем. Билли опускается на колени, соединяет запястья Джека или Хэнка и в одну секунду, пока верзила на полу не сообразил, что происходит, связывает их кабельной стяжкой.
— Кто еще дома? — спрашивает Билли, хотя уверен, что никого нет. Если бы кто-то был, он уже давно выбежал бы на крики соседа.
— Никто! Боже, как жжет! Мои глаза!
— Вставай.
Джек или Хэнк с трудом поднимается на ноги. Билли хватает его за плечи и разворачивает лицом к коридору, ведущему в кухню.
— Шагом марш.
Джек или Хэнк не марширует, а ковыляет, размахивая перед собой сцепленными руками, чтобы не врезаться во что-нибудь.
Он дышит часто и тяжело, но не судорожно, как Элис, — нет нужды разучивать с ним первый куплет «Медвежьего пикника». Билли толкает парня в спину до тех пор, пока тот не упирается пряжкой ремня в мойку. У кухонного смесителя есть выдвижная гибкая лейка. Билли включает воду и направляет струю воды прямо в лицо Джеку или Хэнку. Сам он тоже изрядно намокает в процессе, но это ничего — даже освежает.
— Жжет! Все равно жжет!
— Скоро пройдет, — успокаивает его Билли, надеясь, что пройдет не очень скоро.
У Элис тоже все горело, а может, до сих пор горит. — Как тебя зовут?
— Чего тебе надо? — Парень уже плачет. Этому детине лет двадцать пять, если не больше, он высокий и весит не меньше двухсот двадцати фунтов, а хнычет, как малое дитя.
Билли тычет его в поясницу стволом ругера.
— Это револьвер. Так что не заставляй меня повторять. Как тебя зовут?
— Джек! — вопит парень. — Джек Мартинес! Пожалуйста, не стреляй, не надо!
— Давай вернемся в гостиную, Джек.
— Билли толкает Джека в спину. — Садись в плетеное кресло. Ты его видишь?
— Немного, — рыдает Джек. — Все как в тумане. Кто ты? Чего тебе на…
— Сядь.
Он берет Мартинеса за плечи, разворачивает и усаживает в кресло «бунгало». Оно закреплено на потолочном крюке и начинает плавно раскачиваться под весом Мартинеса. Тот глядит на Билли налитыми кровью глазами.
— Посиди минутку, успокойся, возьми себя в руки.
