Значит, его пока не раскусили. И на том спасибо.
— Ты проживешь здесь минимум шесть недель, а то и шесть месяцев, — продолжает Джорджо. — Зависит от того, как долго адвокат нашего козлика сможет тянуть с экстрадицией. Ну, или пока он не решит, что смог договориться с нужными людьми. Тебе платят не только за работу, но и за потраченное время. Это ясно?
Билли кивает.
— Выходит, тебе нужна какая-то уважительная причина. Почему ты приехал именно в Ред-Блафф? Здесь ведь не курорт.
— Да уж, — говорит Ник и корчит гримасу, как ребенок, перед которым поставили тарелку с брокколи.
— Еще тебе нужен повод наведываться в то офисное здание неподалеку от суда. Ты будешь писать там книгу.
— Но…
Джорджо поднимает толстую руку.
— Да, по-твоему, дело не выгорит, но поверь мне на слово: все получится. Сейчас расскажу как.
Билли слабо в это верится, но, поскольку за сохранность «тупого я» можно больше не переживать, почему бы не послушать, что придумал Джорджо? Вдруг у него есть дельные соображения.
— Я навел справки, прочитал пару журнальчиков для писателей и кучу статей в Интернете. Короче, вот твоя легенда. Дэвид Локридж вырос в Портсмуте, Нью-Хэмпшир. Всегда мечтал стать писателем, но с трудом окончил школу. Работал на стройке. В свободное время писал, но и бухал вовсю. Я даже хотел про развод упомянуть, но решил не усложнять.
Конечно, я же только в оружии смыслю, подумал Билли, на остальное мозгов не хватает.
— И вот в один прекрасный день тебе подфартило, ясно? В блогах много пишут о том, как к начинающим писателям внезапно приходит слава.
Так случилось и с тобой. Ты начал писать роман — страниц семьдесят, может, сто…
— О чем? — Билли начинает это нравиться, но виду он не подает.
Джорджо переглядывается с Ником, тот пожимает плечами.
— Мы пока не решили, но я что-нибудь приду…
— Может, я про себя пишу? Про Дэйва, в смысле. Как это называется?..
— Автобиография! — выпаливает Ник, будто на телевикторине.
— Может быть, — говорит Джорджо. На лице у него написано: Неплохо, Ник, но оставь это знатокам. — А может, просто роман. Главное, что тебе нельзя о нем трепаться — агент не велел. Все засекречено. Да, ты писатель, это не тайна — все работники здания должны знать, что какой-то чувак снял офис на пятом этаже, чтобы писать там книгу, но никто не в курсе, о чем она. Так ты не запутаешься и не сболтнешь лишнего.
Да я и так не запутался бы, думает Билли.
