Когда человеку нечего есть, он будет цепляться за что угодно, чтобы выжить. Отчего бы и не развлечь несчастного сумасшедшего? И возможно, лорд Джон в самом деле не поставил ее в известность относительно всех обстоятельств жизни своего племянника.
Мэтью горько усмехнулся. Когда он сказал Грейс, что страдает душевным расстройством, она испытала что-то вроде шока. Он тогда почти поверил ей.
Впрочем, возможно, миссис Паджет решила участвовать в махинациях дяди и подругой причине. Мэтью зло пнул кучку прошлогодних листьев.
Если она была раньше любовницей дяди, то вся эта история приобретала совершенно иной смысл.
И ее благопристойность в таком случае тоже ставилась под вопрос. Его дядя вряд ли предложил бы порядочной женщине участвовать в этом деле. Каким бы негодяем лорд Джон ни был, он всегда четко придерживался существующих в светском обществе законов и дорожил своей репутацией. Уж это-то Мэтью хорошо знал.
Возможно, потому, что миссис Паджет была любовницей дяди, она и не старалась выглядеть привлекательной для него, Мэтью.
В сердце она хранила верность своему покровителю, и ей было трудно лечь в постель другого мужчины.
Целая череда жутких картин пронеслась перед мысленным взором Мэтью. Вот его дядя расположился между ее ног, вот его руки скользят по ее белой коже, его рот с жадностью впивается в ее тело.
– Господи! – Он с силой стукнул кулаком по стволу березы.
Пронзившая руку боль мгновенно вернула Мэтью к реальности. У него снова случился приступ, хотя в последние годы он уже уверился в мысли, что болезнь больше не вернется.
Нет, нельзя продолжать в таком духе. Он опять может заболеть. И теперь он вряд ли сможет перенести это погружение в безумие, в небытие, в эту тягостную, липкую паутину страха и отчаяния.
В эту минуту Вулфрам ткнулся своим холодным носом в его ладонь, и Мэтью почувствовал себя спокойнее. Преданная любовь собаки скрашивала его жизнь в этой тюрьме.
Сейчас здесь, в поместье, появилась еще и женщина. Но как только он привяжется к ней, дядя сразу же заберет ее отсюда.
Ему следует избегать ее общества. Конечно, это будет не так просто – ведь она поселилась с ним в одном доме. И все же он должен что-то придумать. Он просто обязан это сделать.
Чувствуя, что его мысли снова стали ему подконтрольны, Мэтью облегченно вздохнул и направился обратно к дому. И тут же его план, который он только начал обдумывать и который даже еще не приобрел и намека на завершенность, рассыпался в прах.
Монкс и Файли стояли в саду за домом.
