Слишком уж откровенный состоялся у них разговор не так давно, и все Точки над «и» были расставлены.
Когда его наказывали в прошлый раз после побега, Файли и Монкс избивали его несколько часов подряд, делая лишь небольшие перерывы, чтобы отдохнуть и подкрепиться. И Мэтью не хотелось снова проходить через этот кошмар. Умереть в каком-то смысле было легче."
"Теперь эти чудовища опять примутся истязать его. Вероятно, они и в самом деле будут думать, что он сумасшедший. А это могло означать лишь то, что пытка станет изощреннее, будет продолжаться дольше.
Ощущение безнаказанности, которое всегда было присуще и Монксу, и Файли, теперь станет еще более полным и принесет истинное наслаждение этим негодяям.
Возможно, каким-то непостижимым образом он сам заставлял свою болезнь возвращаться. Она служила как бы барьером между ним и его мучителями. Эта болезнь разделяла его мир на две половины, в одной из которых существовал он, а в другой – Монкс, Файли и лорд Джон. Мэтью предпочитал жить с помутившимся рассудком, чем перейти на сторону людей, давно утративших все человеческие качества.
Неожиданно за его спиной треснула ветка, и, обернувшись, Мэтью увидел Грейс. В своем черном траурном платье и с косой вокруг головы она выглядела настоящей пуританкой. У Мэтью кольнуло где-то под ложечкой. Грейс вдруг сделалась совершенно другой женщиной, не той, которую он знал. Она была все такой же красивой, но уже не принадлежала ему.
– Ты готова? – Мэтью боролся со своим желанием обнять Грейс. Если бы он это сделал сейчас, то уже никогда не отпустил бы ее.
– Да. – Она послушно кивнула. В одной руке у нее был черный шелковый узелок с вещами. Они долго решали, что ей с собой взять, и Мэтью отобрал для нее вещи, которые можно было обменять на еду или отдать за проезд. Батистовые с вышивкой носовые платки, недорогие украшения, пряжки для туфель. И еще сандвичи и вода.
К сожалению, денег у Мэтью не было, а у Грейс оставались лишь те несколько монет в кармане, с которыми она здесь и появилась. Присвоить такую мелочь даже Файли с Монксом сочли ниже своего достоинства.
– Ну что, повозка с продуктами еще не появилась? – прошептала она, присев рядом с Мэтью.
– Нет еще, но ждать осталось недолго.
Мэтью почувствовал прикосновение ее руки. Пальцы у Грейс оказались странно холодными, хотя солнце уже припекало довольно сильно и было жарко.
– Все будет хорошо, – пробормотала она. Да, Грейс была такая: старалась утешить других, хотя у нее самой на душе кошки скребли.
– Надеюсь.
