Я тоже умею принимать решения. Пусть они будут неправильными, но они будут моими.
Стучать в запертые двери и кричать смысла нет. Я и так стою тут слишком долго, пялясь на замок. Отворачиваюсь, скидываю туфли и прохожу вглубь квартиры, включая попутно свет. Небольшая стильная «двушка» в серых и белых оттенках. Современно тут, но без излишеств.
Хочется есть. И в душ. Второе даже больше. Поэтому распахиваю узкую дверь в коридоре. Туалет. За второй оказывается ванная. Отлично."
"Думаю, до утра Бахурин не вернётся, поэтому стаскиваю уже несвежее платье и забрасываю его в стиралку, а сама забираюсь в душевую кабину.
Стою под горячей водой минут десять, не меньше. И чем горячее, чем сильнее жалят струи, тем мне лучше. До красноты, до полос на белой коже. Пока кабина не заполняется паром, и голова не начинает кружиться.
Мою волосы мужским шампунем, вытираюсь полотенцем, на котором улавливаю запах Демида. Это ведь его дом, я это понимаю, но триггер всё равно срабатывает. По телу бежит дрожь, мозг ослепляют воспоминания.
Не только зрительные, а как будто всех органов чувств одновременно и по очереди. Невозможно даже пояснить. Дыхание, ощущение наполненности, низкий тембр его голоса, запах кожи…
Всё это длится меньше секунды, прежде чем я успеваю перехватить контроль и сжать зубы, и провоцирует электрический импульс, вызывающий вдруг невыразимое желание сжать ноги.
Не исключено, что в квартире Бахурина есть камеры, но в ванной, думаю, их точно нет. Поэтому даю себе ещё несколько секунд слабости. Я, чёрт возьми, пережила сегодня многое и имею право.
Прислоняюсь спиной к стене и прикрываю глаза. Сегодня во мне был мужчина. И не мой муж. Это шокирует. Но больше всего шокирует, кто именно это был и при каких обстоятельствах.
Но самое невероятное, что сегодня я испытала в сотни раз больше ощущений, чем за все пять лет с Глебом. Да я даже сейчас, просто сжимая бёдра и вдыхая запах с полотенца, чувствую возбуждения больше, чем от самых смелых ласк, что позволяла мужу.
Это ведь неправильно. Всё то, что происходит, вообще неправильно.
Встряхиваю головой, заматываюсь в сухое полотенце, которое нахожу в шкафчике, развешиваю платье на сушилке и отправляюсь в кухню. В холодильнике, к собственному удивлению, обнаруживаю не только масло-яйца-сыр-сосиски, но и полкастрюли супа, кашу и даже котлеты. Сам готовил, что ли? Или, может, ему девушка готовит? Помню, на приёме с ним была какая-то брюнетка.
К горлу против воли подкатывает неприятная горечь при этой мысли.
