Что еще остается делать, когда на тебя несется эдакая тварь? Правильно, стрелять, даже зная, что все равно промахнешься. И считать патроны. Вернее, мозг сам их посчитает. И может, за этой привычной, рефлекторной мыслью замаскирует ту, что я сейчас прогоняю в голове на самом деле…
«Восемь… семь… шесть…»
Рукокрылу оставалось до меня метра полтора, когда я, продолжая стрелять, упал на спину.
На таком расстоянии дергайся не дергайся, по-любому пуля твоя. И что такое пуля, мутант знал прекрасно. Потому, резко сместившись вправо, попытался ударить меня крылом, по краю которого шли мелкие, но острые коготки, похожие на зуб шкуросъемного ножа.
Пройдись такое по мне – и будет готовый антрекот, хоть сейчас на сковородку.
Но превращаться в кусок мяса на ребрышках в мои планы не входило.
«Два… один… пусто».
Перед тем как затвор зафиксировался в крайнем заднем положении, в черном покрывале, опускающемся на меня сверху, образовались две дырочки, сквозь которые пробились лучики скудного солнца… Не для результата.
Для твари, которая поняла, что мой магазин пуст и я больше не способен сопротивляться.
Торжествующий визг подтвердил мое предположение. Мутант притормозил и попытался сгрести крылом добычу с асфальта…
И отпрянул, когда понял, что я собираюсь сделать…
Но было поздно.
Клинок «Бритвы» вспорол плотное кожистое крыло, словно оно было бумажным. Я рванулся вперед, к зубастой башке и мохнатому горлу, продолжая прорезать себе путь ножом и стараясь не коснуться острых коготков по краям крыла, – интуитивно я чувствовал, что делать этого не стоит.
А мутант понял окончательно, что сегодня не его день. И дернулся назад, подальше от психа со страшным ножом, волоча по асфальту располовиненное крыло. При этом его красные, воспаленные глаза смотрели на меня… а надо было бы в другую сторону.
Ушастая голова лишь на мгновение коснулась ветвей, сквозь которые я продрался примерно минуту назад. Они еще не успели успокоиться, истекая то ли смолой, то ли соком, то ли кровью и все еще надеясь поймать и отомстить…
Если кто-то хочет чего-то очень сильно, он обычно получает искомое.
Или что-то другое, но лучше и больше. Судьба – девушка мудрая. Она всегда знает, какой подарок нужно дать умеющему желать по-настоящему, чтобы он остался доволен. Даже если желающий – всего лишь мутировавшее дерево.
Гибкая петля захлестнула шею рукокрыла. Он заверещал было, дернулся изо всех сил… но было поздно.
