И тут Настя отвела глаза. Надо же, мне почудилось, что на ее нереально гладком и столь же нереально красивом лице промелькнуло что-то вроде замешательства и одновременно легкой грусти. Эмоции? У кио?! Невероятно…
– Ты слышал про Черное Поле Смерти? – глухо спросила она.
– Которое превращает Новых Людей в хомо? Слышал, – настороженно кивнул Ррау. – Одно из самых страшных Полей. Хорошо, что оно редко встречается.
– Оно не превращает, – покачала головой Настя. – Оно возвращает мутировавший организм к истокам вдоль линии эволюции.
Может превратить мутанта обратно в человека. А может – в кистеперую рыбу. Все зависит от времени, которое мутант проведет в этом Поле. И если он задержится…
– Что с ней?!! – взревел Ррау.
– Черное Поле было здесь, на территории крепости, в одном из подвалов, – тихо произнесла Настя. – Небольшое, с метр диаметром. Мы не знали об этом. Думаю, Рут очень хотела стать человеком. А стала…
– Кем?!!
– Человеком. Только первобытным. Предком хомо сапиенс. Не умеющим говорить так, как ты.
Позабывшим язык. С более примитивным разумом…
Ррау глухо застонал и сел на корточки, обхватив голову лапами.
– Зачем… – услышал я его глухой голос. – Зачем она это сделала?
Настя посмотрела на меня и ничего не ответила.
Я же лишь скрипнул зубами. Ну что я мог сделать? Рут была для меня лишь маленьким, забавным, мохнатым ребенком. И разве я виноват, что оказался для нее кем-то намного более значимым, чем она для меня? Настолько значимым, что ради своей детской любви она без колебаний перешагнула границу Поля Смерти…
Прошла минута.
Или больше. Наконец Ррау упер лапы в колени и поднялся на ноги.
– Я хочу ее увидеть, – сказал он.
Настя кивнула.
– Твое право. Но сомневаюсь, что она узнает тебя.
– Я хочу ее увидеть, – повторил Ррау…
…Она не узнала нас. Она была занята – играла в камешки, раскладывая узор на почерневшем от времени деревянном полу. Лишь на мгновение ее взгляд задержался на мне, прежде чем она вернулась к своему занятию. Хотя, возможно, мне это только показалось.
Мы находились в том же зале, где я впервые увидел Фыфа после нашего памятного похода к складам Кантемировской дивизии. Шам был жив, но на пределе. Сначала мне почудилось, что на столе сидит его высохшая статуя. Увидев меня, Фыф слабо кивнул. Понятно. Постоянное мысленное управление кормовыми сожрало последние остатки энергии и превратило шама в подобие мумии. Ничего, из крепости маркитантов я привез немалый запас провианта. Откормим.
