Но сегодня оно здорово, и на его теле нет ран. Отзовись тот, кто может это оспорить?
Толпа молчала. Я тоже. Лысый прав, в том числе и насчет здоровых людей. Нормальные граждане в моем мире дома сидят, телевизор смотрят. Только психи вроде меня ищут приключений на свою голову там, откуда сломя голову сваливает все живое.
– Есть и третья причина считать это существо мутантом, – продолжил судья. – Нед, стражник Восточной стены, видел, как подсудимый общался с био. И тот понимал его. Отзовись тот, кто может это оспорить?
И снова молчание.
– Суд делает вывод. Первое. Существо, пришедшее из Москвы, не может быть человеком. Второе. Существо, чьи раны заживают за одну ночь, не может быть человеком. Третье. Существо, умеющее говорить с боевыми роботами Последней войны, не может быть человеком. Отзовись тот, кто может это оспорить?
Видимо, последние слова были некой ритуальной формулировкой, не подразумевающей, что кто-то посмеет вякнуть что-либо против. Но на этот раз процедура суда была нарушена.
– Стаббер Ион может это оспорить, – раздалось из толпы.
На этот раз побледнел лысый. Могу его понять – судя по вытянувшимся лицам его «пристяжи», такое здесь происходило впервые.
Толпа разделилась, отшатнувшись от стаббера как от зачумленного. Тот же невозмутимо пролез под канатом, хлопнул по плечу ближайшего стражника и встал рядом со мной. Что ж, я был искренне рад, что парень выжил и дошел до дома. А еще я порадовался, что «Легион» вернулся к хозяину и сейчас висел на его поясе.
– Я могу это оспорить, – повторил Ион. – Снайпер – человек. Прежде всего потому, что он поступает по-человечески в отличие от тех, кого он спас. Например, без его помощи стражник Нед сейчас бы уже сдох от голода в электроцикле или был проглочен гнойником возле Института энергии взрыва. Но Нед не сказал об этом. Зато он не преминул доложить о том, как этот человек говорил с роботом…
– Нед солгал? – быстро спросил судья. Но Ион был упертым малым.
– Нед сказал то, о чем можно было промолчать, и не сказал того, что нужно было сказать.
Кстати, я тоже дал показания о том, как этот человек спас мне жизнь, но суд не учел их…"
"– Суд учел то, что посчитал нужным учесть, – сухо проговорил лысый. – От тех, кто приходит из Москвы, рождаются мутанты, либо они вообще не способны иметь потомство. Бывает, что они похожи на людей, но это не люди. Тот, чьи раны заживают так быстро, может отравить других своей нечистой кровью.
