В общем, все не так страшно, как мне показалось вначале. Правда?
– С точки зрения уголовников – да, правда. А если это месть?
– Тогда хуже, – погрустнела Настя. – Но ты же не можешь поселиться здесь со мной навсегда. И между прочим, если это месть, то как этот народный мститель меня нашел на дюжинской даче?
– Хороший вопрос, – одобрительно кивнул Чистяков. – Позвони-ка домой и спроси, не искал ли тебя кто-нибудь и не говорили ли твои родственники кому-нибудь твой адрес и телефон.
– Я же просила их этого не делать! Ни в коем случае.
– Мало ли что ты просила. Там девочка маленькая по полдня одна, к телефону подходит, как ты ее проконтролируешь? И потом, опытный человек так может уболтать, что ты ему все свои секреты выложишь, не то что чужой адрес.
– Извините…
На пороге кухни возник смущенный филолог. Теперь он был куда более чистым, но зато гораздо более мокрым. С куртки неторопливо капала вода, в прошлом светло-серые брюки превратились в пятнисто-темные.
– Спасибо вам огромное, что выручили. Извините, что обременил вас. Тряпочку, что вы дали, я постирал и повесил там, в ванной, на батарею. Ничего? Или нужно было в другое место?
– Раздевайтесь, – решительно сказала Настя.
Ей вдруг стало до слез жаль этого тихого, не приспособленного к автомобильной технике интеллигента, попавшего в такую передрягу на грязной осенней дороге.
– Снимайте куртку, ее нужно повесить куда-нибудь, пусть высохнет. И с брюками надо что-то придумать, в них нельзя ехать, они же мокрые насквозь.
– Можно утюгом высушить, – предложил Чистяков. – Здесь есть утюг?
– Не знаю, я им не пользовалась. Но наверняка где-то есть.
Она поймала недоуменный взгляд мокрого гостя и с улыбкой пояснила:
– Это дача наших друзей, мы здесь всего на месяц поселились, поэтому не всегда точно знаем, что где находится и есть ли оно вообще. Леш, посмотри там, наверху, какие-нибудь Пашкины штаны, Валентина Николаевича надо быстренько переодеть, пока он окончательно не простудился.
– Спасибо, – филолог, казалось, окончательно смутился и растерялся. – Столько хлопот из-за меня… Право, не стоит, я поеду…
Он еще долго стеснялся и порывался уехать, а Настя и Леша его уговаривали, объясняя, что никаких хлопот он им не доставит, что гладить свои брюки он будет сам, что воду для чая варит чайник, а обед готовить им все равно придется, тем более мясо уже заказано и его скоро принесут.
