Ты сейчас не спрашивай, что это за правило и откуда оно взялось, я потом расскажу. Просто прими за аксиому, что оно есть. И вот я очень долго над ним думала, примеряла к своей жизни, к тому, что со мной происходит. И знаешь что получилось? Даже те события, которые меня ужасно злили, или расстраивали, или я считала их лишними в своей жизни, мешающими, обременительными и все такое… так вот по прошествии времени эти события оборачивались чем-то хорошим для меня, чем-то полезным. Понимаешь? То есть, что бы ни случилось, нужно твердо знать, что это в конце концов обернется к твоему благу, и благодарить судьбу за это.
Даже когда происходит что-то очень горькое, очень тяжелое, и тебе кажется, что это невозможно пережить, все равно надо верить, что вот ты это переживешь и приобретешь новую мудрость, новое понимание жизни, новое отношение к ней.
– Замечательно. Только я не вижу в этом ничего смешного. Над чем я должен был смеяться-то?
– Короче говоря, все, что происходит, для чего-то нужно. И если сегодня в нашем доме оказался этот грязный филолог, то это тоже для чего-нибудь нужно.
И нельзя было его просто так отпускать. Конечно, если бы он ужасно торопился и рвался уезжать, тогда мы его отпустили бы, и это было бы правильно. Но он не торопился и не рвался, он хотел уехать только потому, что ужасно стеснялся и не хотел обременять нас лишними хлопотами и своим присутствием. То есть объективно все было за то, чтобы он остался. Он не случайно оказался сегодня с нами. Значит, это для чего-то нужно.
Все. Теперь можешь смеяться. Я закончила с картошкой, принимай работу.
– Ха-ха-ха, – раздельно произнес Чистяков. – Откуда в тебе этот фатализм? Это тебя Дюжин напичкал такими сверхидеями?
– Ну, Дюжин, – угрюмо подтвердила Настя. – Леш, если ты с чем-то не согласен, это не значит, что это глупо. Просто ты с этим не согласен, и все.
– А ты согласна?
– Я – да.
– Ну и ладно. – Он улыбнулся, запустил руку в кастрюлю с начищенным картофелем, поворошил клубни, проверяя качество очистки, и удовлетворенно кивнул: – Картошку ты чистишь хорошо, и за это я готов многое тебе простить.
И поскольку ты у меня мастер по построению версий, ну-ка расскажи, зачем в нашей с тобой жизни нужен этот литературный недотепа.
– Не знаю, – призналась она. – Может быть, во время разговора он скажет что-нибудь, одну фразу или хотя бы слово, и это натолкнет меня или тебя на интересную мысль. А если бы мы от него этого не услышали, то сами не додумались бы.
