Не стану повторять, что ответил мне на это Пибоди, потому как повторять всякие мерзости просто не стоит, но…"
"– Я сказал, – перебил его вдруг язвительный мужской голос, – что не нанимался грести через весь этот долбаный ручей, и больше ничего такого не говорил.
Сержант резко развернулся и увидел в дверях Пибоди.
– С меня довольно! Я не потерплю такого бесстыдства! Будь у меня время, я бы занялся тобой вплотную, ведь ты нарушил закон!
Пибоди, явно напуганный, тотчас удалился.
Губбинс повернулся к Эмберли:
– Не обращайте на него внимания, сэр.
Он того не стоит.
– Мне хотелось бы знать вот что. Вы случайно не заметили: в тот момент, когда вы были у пристани, кто-то подплывал к ней?
– Как раз собирался затронуть эту тему. И да, так сказать, и нет, сэр. Когда мы еще только подплывали к пристани, я увидел: вроде бы какой-то человек выбирался из лодки, похожей на ту, в которой я находился. Потом он стал привязывать ее к одному из столбов. Вы, сэр, наверное, будете недовольны мной, потому как в кармане у меня лежал фонарь, довольно мощный.
Но тогда я подумал: этот малый не видел нашу лодку, а потому не знает, что мы его преследуем. Если б я включил фонарь и направил луч ему в физиономию, посмотреть, кто это, он бы сразу все понял и удрал бы со скоростью молнии прежде, чем я успел бы добраться до берега. Нет, сказал я себе, еще спугну чего доброго. Лучше затаиться и проследить за этим малым, заставив кретина Пибоди грести что есть сил. Короче, так я и сделал, сэр. Но, как только мы оказались у причала, я услышал: кто-то заводит мотор машины, вон там, за бунгало, а минуту спустя увидел хвостовые огни.
И машина эта, если верить Пибоди, направлялась по дороге на Лоучестер.
– Жаль. Но в целом, сержант, думаю, вы поступили правильно.
– Так и знал, что вы снимете тяжесть с моей души, сэр, – растроганно произнес Губбинс. – А раз молодая леди жива, она нам точно скажет, кто преступник. Если, конечно, мы с вами, мистер Эмберли, уже не догадались, кто он такой.
– А мы догадались, сержант?
– Да будет вам, сэр, будет! – укоризненно покачал головой Губбинс. – Или забыли, что я сказал вам, когда застрелили Альберта Коллинза?
– Нет, не забыл. Что-то еще?
– Да, сэр. Один отпечаток ноги, один отпечаток шины. И чем скорее я доберусь до местного полицейского участка, тем лучше. Потому как нам непременно надо взять этого типа. Большой такой отпечаток, больше, чем я предполагал.
– Вы просто бесценный человек, сержант.
