Может быть, ты мне поможешь? Всего лишь нужно развязать шнурки и ослабить их, тогда я выскользну из платья.
– Хорошо, я не стану смотреть, – сказал я и поймал чуть-чуть разочарованный взгляд Лети.
– Можешь посмотреть… – ответила она очень тихо, отвернувшись к пламени.
Я встал за ее спиной, осторожно собрал волосы, чтобы они не мешали. Волосы Лети были будто жидкий шелк, а ее узкие плечи белее мрамора, из которого ваяют светлых богинь. Но богини были и вполовину не так прекрасны, как моя хрупкая девочка. Не удержавшись, я погладил нежную кожу.
В отличие от мрамора, кожа Лети была горячей. С высоты своего роста я видел, как часто вздымается грудь Летиции, стянутая вырезом декольте.
– Лети…
Я наклонился и прикоснулся губами к основанию шеи. Провел языком по мочке уха. Лети, тяжело дыша, откинулась назад, позволяя продолжить то, что я начал. Я обнял ее одной рукой за талию, а другой провел от запястья и выше – к сгибу локтя, приподнимая кружевной рукав. От прикосновения пальцев к обнаженной коже Лети тихонько застонала и закрыла глаза.
Ее ресницы трепетали, губы приоткрылись. Я, стоя за ее спиной, не мог дотянуться, чтобы накрыть ее рот своим, и сам едва не застонал, мучаясь от страстного влечения.
– Моя сладкая девочка… Моя желанная…
Она порывисто обернулась, ее руки обвили мою шею.
– Ну же, целуй, – прошептала она.
Мы столько раз целовали друг друга: целовали страстно и нежно, целовали шутливо, целовали на бегу, торопясь на занятия. Но я знал, что если поцелую ее сейчас, то уже не остановлюсь.
Видение стройного тела Лети, его тайных изгибов, не оставляло меня весь вечер.
Летиция притянула меня к себе и сама нашла мои губы. А потом… Все случилось в мгновение ока. Она вздрогнула, прижала ладонь ко рту – из маленькой ранки на губе сочилась кровь. Проклятые клыки! Я снова выпустил их из-под контроля. Как и в прошлый раз, они прорезались в порыве страсти. Одуряющий и манящий аромат ее крови вскружил голову.
Только не это! Никогда! Я больше не причиню ей боль!
Я вырвался из ее рук и отступил.
Лети смотрела на меня растерянно и грустно.
– Ложись спать, Лети.
– Нис, подожди! – окликнула она меня у выхода. – Позови горничную, чтобы она помогла мне переодеться, а потом посиди рядом, пока я не усну. Ты обещал!
Я действительно обещал и сдержу обещание, пусть даже сидеть и смотреть на спящую Лети станет худшей пыткой в моей жизни. Я горел в огне.
Я вернулся с горничной, выждал в своей комнате некоторое время и снова проскользнул в спальню к Лети.
