Сидела дома и не видела, как тело забирают?
– А сегодня Ферапонтова не скандалила?
– С утра на кухне готовлю, некогда в окна выглянуть…
Оставаться в доме и ждать Лазарева Пушкин не мог. Авдотья Семеновна с удовольствием угощала бы историями о чудном Митеньке. Напоследок он аккуратно спросил, в котором часу обожаемый сынок вернулся вчера.
– Поздно, поздно воротился, – охотно отвечала матушка. – Ночью глубокой.
– В темноте Петрушку не показывают.
– Так он опять в гостях был…
– У кого-то из служащих страхового общества?
– Берите выше! – мадам Лазарева счастливо заулыбалась.
– Дочка хозяина, Валерия Макаровна, каждый день Масленицы у них дома праздничные застолья устраивает с играми. И Митенька всегда от нее приглашение имеет! Допоздна сидят. Ну, что тут, дело молодое… Пусть… Говорит: так весело и уходить не хочется. Так бы до утра и сидел…
– Хорошая компания?
– Очень хорошая… А простите, батюшка, совсем забыла: что передать Митеньке?
– Скажите: заходил чиновник Пушкин, хотел консультацию по страхованию.
Отказавшись от домашних блинов с вареньем, он покинул любящую матушку Лазарева.
На улице городовой топтался на своем пятачке. Пушкин дал ему строгое указание: как только появится Лазарев, под любым предлогом отвести в Пресненский полицейский дом. Приставу передать: держать арестованного до прибытия сыска. Быть готовым, что Лазарев попробует сбежать. И вообще быть готовым к любым сюрпризам. За Пушкиным послать в Малый Гнездниковский в любой час: хоть вечером, хоть ночью.
Прибудет сразу.
Ревунов не мог поверить, что такие строгости надо применить к мирному жильцу, но приказание обещал исполнить в точности. Если сыск требует – значит, дело серьезное.
• 20 •Худшие ожидания Эфенбаха оправдались. Обер-полицмейстер не жалел сил – ни своих, ни начальника сыска. Вместо приятнейшего масленичного обеда Михаил Аркадьевич получил гонки по Москве.
Сопровождая Власовского, побывал на Кудринской площади, где городовые разогнали представление петрушечника.
Затем помчались к Петровским воротам, где запретили горожанам кататься со снежной горки. Оттуда полетели на Лубянскую площадь, где Власовский приказал гонять торговцев сбитнем и уличных разносчиков блинов, их особенно. Этого ему показалось мало, и он приказал двигаться на Варварку, где закрыл уличные лотки уже так, под горячую руку.
По дороге доставалось случайным городовым и дворникам, которым не могло не достаться, само собой.
