Официанту он заказал крепкий бульон и булочку, чтобы отбить запах блинов, который витал и здесь. Блины ели все, кто пришел на ранний ужин. Столики заполнялись, и месье Жано видел, что перед каждым гостем вырастает горка блинов. Не такая, как в трактире, но все же…
Он так нервничал, что съел бульон, не чувствуя обжигающего жара. До встречи оставалось еще четверть часа, и месье Жано попросил у официанта кофе, самого крепкого, какой могли сварить в Москве. Сидеть на месте, изображая утомленного гостя, было труднее всего.
Месье Жано прижался к спинке стула и стал разглядывать гостей, чтобы хоть чем-то отвлечь наползавшие мысли. Он убеждал себя, что все будет отлично. От этого становилось только страшнее.
Минутная стрелка вышла за пять минут от намеченного. Месье Жано убедил себя, что такое опоздание нельзя считать опозданием. В Москве ужасные дороги, лошадь завязла в сугробе или медведь попался на пути. Ну или что случается в этой дикой стране.
Прошло еще пять минут. Месье Жано почти потерял надежду.
И не хотел думать больше ни о чем. Как вдруг на входе в зал он заметил знакомый силуэт. Официант повел молодого человека по проходу.
Месье Жано встал слишком поспешно, приветствуя долгожданного гостя.
– Прошу простить, что не был утром и опоздал сейчас, – сказал месье Лазарев, присаживаясь к столу. – Возникли обстоятельства…
Месье Жано готов был простить любые обстоятельства ради того, чтобы увидеть дорогого для него гостя.
– Какие пустяки, какие могут быть извинения! – проговорил он со вздохом облегчения.
– Позвольте угостить ужином… Все что угодно, только не блины…
– Здесь пекут отменные, попробуйте…
Ради того, чтобы получить желаемое, месье Жано готов был согласиться на блины. Но месье Лазарев отказался, у него было мало времени.
– Я обещал предоставить вам некоторые доказательства, – сказал он, залезая во внутренний карман сюртука.
– Буду крайне признателен.
На стол легли четыре квитанции страхового общества Mutuelle Vie, отделение в Ницце. Лицо, в пользу которого был заключен договор страхования жизни, получало по ним тридцать тысяч франков.
Квитанций было три, а лицо, получавшее страховую премию, – одно. Общий приз составил девяносто тысяч франков[15]. Сумма довольно внушительная. И крайне неприятная для страхового общества. Страховщики не любят расставаться с деньгами: чужие они берут легко и уверенно, свои отдавать не спешат. Это были доказательства, которых не хватало. Молодой человек не выпускал их из рук.
