Потом отца ранили на разборке. В живот ранили, из дробовика, все там разворотили... Он чуть не умер, долго лечился... И ты думаешь, Каховцев ему помогал? Как бы не так! Дал один раз тысячу долларов на лекарства, и все! Каховцев дела делал, а он концы с концами еле сводил. Я же помню, как он в больницах пропадал, а мы с матерью голодали. Я даже больше скажу, Каховцев к ней подкатывал. Она у меня красивая, так он и предложил ей с ним спать, пока муж в больнице... Может, и было что-то, хотя мама говорит, что нет..
. Она отцу все рассказала, он злобу затаил. И мне потом эта злость передалась... И я знала, что отец Каховцева заказал. Был у него один выход. На Южака грешили, но это не он отца заказал. Возможно, он тоже заказывал, но если так, то не успел... По-нашему все вышло. Только Кирилл всех обманул. Мне теперь нельзя ни замуж выйти, ни ребенка родить... Кирилл нас всех обставил. Ни замуж нельзя, ни ребенка. От нее все зависит. Если она поднимет волну, то у меня все отберут. Если ее не будет, никто ничего не отберет.
Всем все равно будет, с кем я и как. А Настя заинтересована, чтобы я без штанов осталась. Ведь ей же все потом отойдет. Поэтому я обратилась... То есть мой отец сам решил, что с ней надо кончать»...
Это было столь чудовищное признание, что в него трудно было поверить.
– А я слушала другую запись, – сказала она, выключая диктофон. – Там ты разговаривал с Ингой по телефону. Ты говорил, что все равно меня убьешь...
– Это был не мой голос. Есть специальные компьютерные программы, сейчас можно смоделировать любой голос.
– Вот ты и смоделировал. Голос Инги.
– Это реальная запись. Любая экспертиза подтвердит. А она тебе липу подсунула. Это, кстати, ее идея – голоса моделировать... Ты включи диктофон, слушай.
Настя последовала его совету и снова услышала истошно звучащий голос Инги.
«Какие менты?! У Марка запись, где он со мной разговаривал. Со мной, с Лешей... Да нас за эту запись за одно место подвесят!»
Отвечал ей Артем Игнатьевич. Настя не могла не узнать его голос.
«А что там такого страшного? – спокойно парировал он. – Как мы Настю заказали? Ну, пусть не мы, а я... Так я тебе таких записей сколько угодно сочиню. У нас есть голос Марка, с этого оригинала мы можем придумать любой разговор. Есть специалисты, которые на компьютере смоделируют любой голос, и твой в том числе... Кстати, твой голос пусть будет настоящий, а Марка смоделируем. Состряпаем один такой разговор, пусть Настя знает, кто ее заказал».
