Настя поняла, что находится в больничной палате. Дыхательная маска на лице, какие-то трубки подведены к рукам, ногам. Видно, что-то не очень хорошее произошло с ней после родов.
Она помнила ту сумасшедшую боль, с которой привезли ее в больницу. Потом ей сделали укол, она почувствовала облегчение, но захмелела, перестала реагировать на окружающих. Ей стало совершенно все равно, что да как.
Потом она оказалась в большом светлом зале, на кресле, люди в белых халатах толпились вокруг нее, просили, чтобы она тужилась.
Потом она услышала плач ребенка, после чего перед глазами все исчезло. А потом появился покойный отец...
Игорь ушел, но вскоре появились врачи. Но уши вдруг заложило чем-то мягким и ватным, она не слышала, что ей говорят, видела только, как шевелятся губы. А потом плывущие перед глазами лица затерялись в молочной дымке, которая вдруг с гулом всосалась в абсолютный мрак.
Когда Настя открыла глаза, то снова увидела одного только Игоря. В палате тускло светился ночник, за окном темно, а телохранитель дремал на стуле, уронив голову на плечо.
Перед глазами у нее уже не плыло, тошноты не было, все чувства и органы на месте. И дыхательная маска не давила на лицо.
– А спать команды не было!
Оказывается, она даже умела говорить. И голос прозвучал вполне внятно. И даже весело.
Игорь легонько вздрогнул и широко раскрыл глаза. Растерянно посмотрел на нее.
– Я не спал!
– Я так и поняла.
– Я сейчас...
Он поднялся со стула, но Настя его остановила.
– Если ты за врачом, то не надо.
– Ну, вообще-то, не обязательно, – кивнул он, возвращаясь на место.
– Кризис, как говорится, миновал.
– Что со мной было?
– Геморрагический шок. Из-за кровотечения... Врач вам лучше объяснит. Он только что ушел. Мы тут вместе дежурили. Неплохой, между прочим, мужик... Он спать пошел, но я его разбужу.
– Не надо, пусть спит.
Настя не хотела, чтобы вокруг нее снова возникла суматоха. Она чувствовала себя неплохо, а с Игорем ей было еще и спокойно. Он казался ей уютным островком-планетой в ледяном космосе.
И в нем была жизнь...
– А я отца видела. На том свете. Он сказал, что меня собираются убить, – поежилась она.
– На том свете? – безмятежно удивился он. – Хотелось бы там побывать.
– А я побывала. Неужели мне было так плохо?
– Ну, не хорошо... Мягко сказать... Но сейчас все в порядке. Александр Петрович сказал, что жить вы будете... И с малышом все в порядке. Мальчик у вас, вес – три шестьсот, громкость – двадцать децибел, – шутливо улыбнулся Игорь.
