Он подхватил Киру под ягодицы, припечатал спиной к стене, наслаждаясь тем, как она сжала его торс ногами."
"Задрал ее платье выше и услышал, как Кира тихонько взвизгнула.
– Левон! – зашептала она ему в губы. – Мы не одни… Не надо…
– Здесь мы одни, – прорычал он, снова ее целуя. – Мы тихо…
И снова принялся ласкать ее нежный рот, щеки, шею.
А она плавилась под его прикосновениями, шумно дышала, выгибалась навстречу и целовала в ответ.
Очень скоро они слились в единое целое прямо там, на кухне, у стенки возле запертой двери.
Даже толком не разделись, было не до того. Ум обоих затмило сжигающее их желание близости.
Левон сходил с ума от удовольствия, заполучив наконец Киру в свое безраздельное пользование. Один из самых ярких их контактов, сравнимый разве что с первым разом.
– Моя… Моя! – рычал он ей в губы, заполняя собой.
Все закончилось настолько бурно, что, казалось, у него из глаз посыплются искры.
Левон заглушил последний стон Киры губами. Жадно вобрал их в себя, чуть прикусил.
Он еще немного подержал ее на весу, давая прийти в себя.
Отпустил, лишь когда она попросила:
– Поставь меня на пол, пожалуйста.
Шумно дыша, они стали приводить одежду в порядок.
И тут Левон заметил, что Кира прячет взгляд. Присмотрелся к любимой и увидел, как ярко пылают ее щеки. А потом драгоценная девочка и вовсе от него отвернулась.
Она что… Она жалеет?
– Даже не думай жалеть о том, что мы сделали! – жарко зашептал он, попытавшись ее обнять.
Но Кира отпрянула, наконец удостоила его полным досады взглядом:
– Мы не должны были… Нам не надо было…
– Мы сделали самую естественную вещь в мире, Кира, – настаивал он.
Удивился даже, как для нее это может быть не очевидно.
– Что же в этом естественного? – развела она руками. – Мы же расстались, а тут…
– Мы любим друг друга! – ответил он с чувством. – И что бы ты там ни говорила, ни думала в своей прекрасной голове, тела не лгут… А для двух любящих людей естественно заниматься любовью.
Ожидал, что она хоть немного проникнется его речью, признает его логику.
Однако очень походило на то, что эта женщина напрочь логики лишена.
Спасибо хоть, против ничего не сказала. Не стала отрицать наличие чувств.
Лишь упрямо потребовала:
– Иди домой, Левон!
И он ушел, хотя мечтал остаться. Уносил с собой горько-сладкое послевкусие.
Глава 42. Взрослые люди и маасдам
«Ты взрослая женщина! – убеждала себя Кира, поднимаясь в номер Левона. – Просто пойди к нему и проясни ситуацию. В конце концов, не съест же он тебя».
