Теперь надо думать, как бы половчее взять это интересное учреждение под тотальный аудио-, видеоконтроль и разобраться, что там происходит…
Стояли скучно и долго. Пассивное наблюдение почти всегда вгоняет Петрушина в состояние черной меланхолии. Он как будто в спячку впадает: односложно отвечает, может часами неподвижно сидеть с полузакрытыми глазами и молчать, тупо глядя перед собой. То есть как объект для общения – ноль или вообще даже минус. Такой здоровенный хмурый минус.
Петрушин хорош, когда нужно действовать в состоянии драйва.
Догнать и пленить, догнать и убить, не догонять вовсе, но пленить, допросить, а потом убить… и куча подобных вариантов в рамках «охотничьей» тематики. Вот тогда он весел, остроумен и приятно возбужден – общаться с ним в такие моменты интересно (если только ты с ним в одной команде, а не по другую сторону).
Однако сейчас пока что догонять никого не надо. В этом сонном городишке, похоже, даже подраться не с кем, не то что «догнать и пленить»…
Через час с небольшим позвонил Ростовский и чугунным голосом сообщил: любушка только что его уведомила – сегодня после обеда она приглашена покататься на катере.
– Ага! Сгоняй к ней, возьми сумочку: я сейчас подъеду.
– Ой… Ну, блиц твой тур!..
По тону было понятно, что более всего в данный момент Валере хочется послать всех в места далекие и неприглядные и опять завалиться спать. Но служебный долг оказался сильнее.
– Ну хорошо… Сейчас еду…
Так, а главное-то забыли!
– А ты ее посвятил в суть?!
– В суть? О да… Я ее так посвятил… И в суть – тоже…
– И как она отреагировала?
– Да нормально отреагировала – как и ожидалось…
– Согласилась, нет?
– Ну ты сказанул… Да куда ж она денется!
– Титан! Ладно, поезжай.
Потом отдохнешь, как все сделаем…
Я выгрузил Петрушина на пару с его меланхолией подышать свежим воздухом и поехал в пансионат.
Через некоторое время Ростовский привез сумочку и… дамочку. Пока я в номере монтировал аппарат, они о чем-то беседовали в машине, припаркованной у ворот пансионата. Видимо, у Валериной подружки так и не возникли теплые чувства к Элеоноре – пройти в номера она категорически отказалась.
Потом я спустился к ним, мы прокатились до парка и там обучили нашу шпионку-неофитку пользованию камерой. Затем она минут пять поработала в экзаменационном режиме: мы придирчиво наблюдали, не будет ли нарочитых поз для выбора ракурса и других огрехов.
Пока наблюдали, я между делом поинтересовался, как там поживает летучий хулиганистый пацан с луком и стрелами.
