Ну что, надышалась ты там без меня, моя непокорная девочка?
Хватило тебе кислорода?
Сегодня я заберу тебя себе, хочешь ты этого или нет. И лучше бы тебе покориться, моя хорошая. Я ведь реально могу начать ломать уже по-настоящему.
Потому что моя!
Потому что хочу!
Потому что давно не испытывал ничего подобного.
Потому что хочу не просто трахать, а владеть. И то, что она сопротивляется, подогревает еще больше.
— Ася в усадьбе с Амалией, — сообщает мне Леван."
"— Что вдруг? Неужели сама захотела? — ухмыляюсь.
Мне бы о делах беспокоиться, которых невпроворот, меня, в конце концов, могут осудить, но плевать, я думаю только о девочке. Мне сожрать ее нужно, чтобы насытиться, чтобы понимать, что рядом, что моя, а уже потом решать дела.
— Нет, я сам настоял. Вчера вечером был инцидент…
Леван впервые мямлит передо мной, хотя знает, что я этого не выношу.
— Какой на хрен инцидент? — голос грубеет, внутри зарождается что-то очень нехорошее, дыхание спирает.
Девочка была в безопасности, я устранил всех, кто мог причинить ей вред. — Кто посмел?!
— Зэк, — четко отвечает Леван.
— Саня? Подробнее. Я же отправил этого шакаленка шестерить на склад!
Слишком заносчивый сучонок стал. Силу почувствовал, глаза шакальи, вот я и отдалил его от себя.
— Он пытался ее изнасиловать, — выдает Леван.
— Пытался? — во мне что-то перемыкает. Из адекватного человека я превращаюсь в животное. Нутро берет свое. Никто не смеет трогать мою женщину.
Никто не имеет права даже посмотреть на нее.
— Не успел, но немного покалечил – Ася отчаянно сопротивлялась.
Закрываю глаза, глубоко вдыхаю, потому что мне хочется убить Левана за то, что не уследил. Мышцы каменеют. Кулаки сжимаются до хруста в костяшках. Стискиваю стаканчик с недопитым кофе, выплёскивая напиток.
— Саня в подвале, я поломал ему пару ребер, остальное оставил тебе.
Еще глубокий вдох. Кислород, словно серная кислота, обжигает легкие. Открываю окно, вышвыривая стакан.
Резко разворачиваюсь к Левану, хватаю его за грудки и дергаю на себя. Оскаливаюсь. Не сопротивляется. И правильно делает.
— Я перережу тебе глотку, — сквозь зубы проговариваю я. — Надо объяснять почему?
— Нет, — четко отвечает он. — Моя вина. Бдительность потерял. Думал, внешних угроз нет для нее. Оставил без наблюдения на пару часов.
— Хорошо, что ты понимаешь, что ответственность на тебе, — отталкиваю его от себя.
