Динка прикрыла глаза, запрокинула голову и замерла, растворяясь в его невесомых прикосновениях к ее волосам.
Шторос… Он был привлекателен. Очень привлекателен. Но Динке казалось, что дело вовсе не в его внешности. Ее привлекало в нем все: звериный взгляд изумрудных глаз, кривая ухмылка и клыкастый оскал, запах его тела, вкус его кожи, прикосновения его рук, жар его поцелуев. Ее непреодолимо тянуло к нему. Даже когда она скандалила с ним и выкрикивала злые слова ему в лицо, намеренно причиняя ему страдания, даже тогда она наслаждалась его вниманием к ней, его близостью, его рычанием и горячим дыханием, срывавшемся с его губ.
И сейчас она сидела у него на коленях, едва дыша, и отчаянно желала большего. Желала, чтобы он прижал ее к себе, сорвал с нее одежду, накинулся с жадными поцелуями… Даже болезненный укус его острых клыков сейчас ощущался нестерпимо желанным.
Умирать от кровотечения Динке не хотелось. Поэтому она застыла неподвижно, зная, что стоит ей только качнуться в его сторону, нарушить это хрупкое равновесие, и она уже не сможет остановиться.
— Я кое-о-чем попрошу тебя, — сказал вдруг Шторос, и его низкий голос с хрипотцой влечения прошелся жаром по ее оголенным нервам.
— Сегодня, завтра и вообще, ты ночуешь в своей каюте. Одна, — продолжал он.
— Это просьба или приказ? — хриплым шепотом уточнила Динка.
Коса была расплетена, и ее волосы в беспорядке рассыпались по спине и плечам. Его пальцы зарылись в них у самых корней и мягко заскользили по коже головы.
— Это просьба. Я прошу тебя не заходить в нашу каюту, — ответил он.
Динка открыла рот, чтобы еще что-то спросить. Но он вдруг поднял ее со своих колен и поставил на ноги.
— А теперь уходи, — произнес он, подтолкнув ее в спину и тут же убрав руки от ее тела.
— Ты хочешь, чтобы я ушла? — разочарованно прошептала Динка.
— Да, уходи, — обронил он.
— Ты простишь меня? Когда — нибудь… — шепотом спросила она, пытаясь потянуть время в надежде, что он передумает прогонять ее.
— Я подумаю об этом, — пообещал он.
Динка обернулась, чтобы посмотреть на него. Но он раскинулся в кресле все также безучастно глядя в потолок, как и в тот момент, когда она зашла.
— Хорошо, я сделаю как ты просишь, и не войду больше в вашу каюту. Но ты можешь приходить ко мне в любое время, когда захочешь. Я буду ждать, — прохрипела она. Но он ничего не ответил.
Динка, тяжело вздохнув, покинула кают-компанию и закрыла за собой дверь, оставляя его в одиночестве.
