Старший из них с погонами ефрейтора, шел первым и при удачном моменте окликнул меня:
— Эй, Жаров… Это ты что, ли?
— Ну, допустим! — обернулся я, гадая какого хрена им надо. — А кто интересуется?
Сам он был чуть выше меня, немного шире в плечах. Но глуповатое лицо как бы намекало — с интеллектом у парня не очень. Явно из какой-нибудь деревни, где главным развлечением была езда на тракторе или стрелять по воробьям из рогатки. Еще и голос у него неприятный, словно наждак по стеклу.
— Ты что, меня не помнишь? — прищурился тот с некоторым подозрением.
Видимо по моему растерянному взгляду было понятно.
— А что, должен? — манеру общения я сохранил.
Было понятно, что это вовсе не дружеская беседа. Как и тот факт, что ефрейтор был знаком с моим реципиентом и за что-то точил на него зуб. В общем-то, мне неинтересно, но для кругозора хорошо бы понять, что тут за история. Жаль, что рядом не было ни Павлова, ни Коржова — так бы хоть спросил.
Ефрейтор смотрел на меня слегка удивленным взглядом, видимо пытался понять, шучу я или нет.
Еще раз убедился, что с интеллектом там не очень хорошо, да и словарный запас оставляет желать лучшего. Нет, я не говорю, что мой ай кью на голову выше, но уж выражать свои мысли я умел хорошо."
"— Э-э… Ладно… — он обернулся к своим, затем снова посмотрел на меня. — Я слышал, что ты на пожаре чуть не сгорел, да? Ну, я не удивлен. С твоими-то талантами. Одного не пойму, как такому дебилу как ты, дали награду?
А вот это было обидно! Нужно быть либо отморозком, чтобы делать такие заявления, либо…
— Зависть, она такая… Эй, ты там мозг не перегрузил, нет? — сдержанно произнес я, глядя на ефрейтора, как на дерьмо.
Хоть я и был чуть ниже, но умудрялся смотреть на него свысока. Было очевидно, что отморозок просто пытается вывести меня из себя, причем простым и вместе с тем гарантированным способом — банальными оскорблениями. А это значит, что он был уверен в том, что ничего ему за это не будет.
Интересно, почему?
— Что? — глуповато ухмыльнувшись, он обернулся к своим, словно за поддержкой.
Затем снова посмотрел на меня, сплюнув под ноги. — Да ты пустое место! Детдомовский отброс!
У-у… А вот это зря! Эта наглая ухмылка, взгляд и манера поведения ефрейтора. Не приемлю я такого охреневшего отношения к себе, особенно без видимой причины. Расстояние между нами было минимальное, а дружки его стояли чуть позади, демонстрируя ленивую самоуверенность.
Несмотря на то, что я еще не выздоровел, взял, да и зарядил ему с правой в подбородок.
