Аля уже успела рассмотреть пылающий огонь на глубине его глаз! Поймала его! Выцепила. Поэтому он мог смело и дальше изображать этакого невозмутимого высокомерного товарища, непонятно каким попутным ветром занесшего его в небольшое лайтовое кафе «для своих».
– Не откажусь.
Аля, сдерживая улыбку, которая – предательница! – рвалась с губ, отодвинула стул и опустилась напротив Никиты. Ему пришлось тоже развернуться, заняв правильное положение за столом.
– Теперь – делись, – потребовала она и, не дожидаясь ответа, отобрала у него кружку с недопитым кофе.
Поймав взглядом его взгляд, не мигая, не отводя глаза в сторону, с ускоряющимся, разбегающимся едва ли не до скорости света сердцем сделала глоток.
Она не могла знать, о чем думал Никита. Лишь видела, что отражалось у него на лице.
И на теле в целом.
Кадык нервно дернулся, на скулах заходили желваки.
– Ты маленькая хулиганка. Ты в курсе?
– Ты уже обещал разобраться с моими тараканами. Но пока те уверенно занимают ранее облюбованные позиции.
– Ничего. Я с ними договорюсь. Пусть еще немного похозяйничают.
Он подался к ней, и Аля не утерпела.
– Когда ты прилетел?
– Час назад.
Она в голове прокручивала, сколько времени от аэропорта до ее кафе. Где-то час и есть.
Да и рубашка помятая намекала, что Никита поехал сразу к ней.
Что она ранее говорила про сердцебиение? Что оно участилось? О нет! Сошло с ума оно именно сейчас!
– Я ждала тебя, – шепотом быстро выпалила Аля, сбрасывая все маски. – Почему не позвонил перед вылетом? Я бы встретила.
– С цветами?
– Ага. Розы бы купила. Во-о-от такой букет. – Внезапно Аля почувствовала, что глаза увлажняются. Тело сегодня решило окончательно и бесповоротно предать ее.
– В следующий раз – подумаю.
– Подумай-подумай, – поддела она его, моргая, чтобы сырость с глаз убрать.
Еще слезу пустить не хватало. Стыдобы-то будет.
– Пока же я подумал о другом, – серьезно продолжил Никита, ловя ее пальцы и переплетая со своими.
– Поделишься о чем?
– Конечно. Летел я над просторами необъятной нашей страны и не только над ней и думал – застану тебя дома или на работе.
Или ты вдруг снова пустилась в бега.
– Никит! – Аля возмутилась почти что натурально.
– А что? Скажи еще, у тебя таких мыслей никогда не было.
– Не было! Последние два месяца – нет! Скажи, что ты шутишь!
– Я? Я абсолютно серьезен.
Глаза выдавали его. В них ярче разгоралось пламя, которое Аля обожала.
Но слова… Немного все же смущали.
Что-то тут не так.
