Позволял ей поцеловать. Но ее доминирование длилось недолго. Издав гортанный стон, он перехватил инициативу. Аля по инерции протестующе пискнула и… расслабилась. Чтобы в следующее мгновение снова испытать нечто выходящее за рамки обыденной жизни.
Ее тело ожило. Целибат нарушен и закопан.
Рука Никиты добралась до ее лона. Накрыла лобок, ощутимо вдавив пальцы, вызывая очередной виток новых ощущений. Аля зажмурилась, хапнув прохладного речного воздуха.
– Никит, – захныкала нетерпеливо.
Заерзала. Он тоже задышал чаще, глубже.
– Мы как подростки.
– Хуже.
В подтверждение отодвинул в сторону резинку ее хлопковых штанишек. Следующими были кружевные трусики. Для поездки она выбрала лучшее белье. Знала, что пригодится, и надеялась, что оценят.
Рука Никиты едва ли не жгла. Где он прикасался – кожа пылала. Когда добрался до мокрых складочек, Аля чуть приподнялась, чтобы ему удобнее было.
И она ярче чувствовала.
– Какая ты мокрая, – довольно прохрипел Никита, прикусывая ее мочку уха.
Его пальцы творили волшебство.
Двигались аккуратно, настойчиво. Ныряли внутрь, чтобы потом снова вернуться.
– Кончишь? – выдохнул Никита, немного отстраняясь.
– Нет, – решительно произнесла Аля. – Давай вернемся.
– Уверена?
– Уверена.
Она не сможет расслабиться, зная, что в любой момент мимо них кто-то может пойти. Подростки, живущие в соседних домах. Те же друзья Никиты решат, что им не сидится за столом после бани и пива, прихватят пару лопат с металлоискателями и ринутся обследовать местные территории."
"До дома Мартыненко они добрались удивительно быстро.
Несколько раз Никита зажимал ее, притягивал к себе. Целовал. У Али подкашивались ноги от слабости. Если бы она не испытывала этих эмоций, ни за что в жизни бы не поверила, что такое возможно. Голова кружилась, точно от нехватки кислорода.
Их увидела Рита. Быстро шмыгнула на кухню как ни в чем не бывало. Сразу поняла, что мешать и тем более приставать с разговорами не стоит. Но не удержалась, высунула руку с большим пальцем кверху.
Никита начал скидывать одежду, как только они закрыли за собой дверь спальни.
Аля тоже.
Никаких сюсюканий, разглагольствования. Животная потребность друг в друге – вот что у них было.
Точно изголодавшиеся звери, они кинулись друг к другу. Не утерпели, начали помогать избавляться от одежды совместно, прерываясь на более нетерпеливые поцелуи.
Никита подхватил Алю, приподнял ее за талию. Она, точно обезьянка, обвила ногами его торс ногами.
Между их телами на тот момент не было ничего.
