Возможно, сами того не подозревая, они встретили убийцу.
– Батюшки! – запаниковала женщина. – Это что же, их могли… Ужас-то какой. Неужели маньяк?
– Надеемся, что нет, но чем больше деталей мы соберем, тем скорее найдем злодея.
– Вы уж постарайтесь!
Людмила Тимофеевна поднялась, помешала борщ в кастрюле, зачерпнула ложку и, предварительно подув, сняла пробу.
– Готово! – сообщила она. – Сейчас я вас и обедом накормлю!
– Спасибо, мы наелись, – поспешила отказаться я.
Входная дверь хлопнула, и вскоре в кухне появился высокий и худой мальчишка с раскрасневшимися щеками.
– Садись, сынок, – обратилась к нему женщина. – Только руки иди помой!
Мы поднялись, освобождая место у небольшого стола, и я попросила:
– Вы кормите ребенка, а мы пока в сарае посмотрим, если можно?
– Отчего нельзя! Да только увезли сверток-то.
Пришлось объяснить, что это необходимая процедура. Женщина сообщила, что сарай не заперт и мы можем туда отправиться.
– Только сильно там не бардачьте, девочки, а то потом мне влетит, что молоток не там или гвозди рассыпаны.
Заверив хозяйку, что после нас и комар носа не подточит, мы оделись и отправились в сарай. Здесь действительно царил образцовый для такого места порядок. Почти все стены занимали стеллажи с различными коробками и ящиками, на огромном верстаке аккуратно разложены инструменты, на стене прямо над ним на большом магните крепились ножи.
– Что думаешь? – поинтересовалась Настя, когда мы присели у верстака и внимательно огляделись.
– Слишком чисто, – заметила я.
– Думаешь, могли заметать какие-то следы?
– Скорее, просто намыли тут как следует, чтобы избавиться от запаха.
– Как считаешь, может у пацана двенадцати лет хватить терпения, чтобы не разворачивать сверток несколько дней и ждать выздоровления друга?
– Уверена, что такое возможно.
– Я бы с ума сошла от любопытства!
– В детдоме у меня было трое друзей. Мы были настолько близки, горой стояли друг за друга. Обещания для нас никогда не были пустыми словами. Думаю, что и Максим встретил такого товарища.
– Я не знала… Про твое детство.
– Хорошее было время, – призналась я. – Мне повезло и с детдомом, и с друзьями.
Тему развивать я не стала, и мы продолжили осматриваться. Так и не обнаружив ничего интересного, решили, что можно возвращаться в дом. Получаса ребенку должно было хватить для поглощения борща.
Парень успел уйти в свою комнату, куда Людмила Тимофеевна за ним сходила, и он снова вернулся в кухню. Сел на табурет и положил руки на стол.
