"
"– Срезал он, значит, а оттуда красные ногти торчат. И пальцы. Серые, страшные. Я как заорала! На крик-то и Максимка из дома прибежал. Даже тапки не обул. Я его потом за это поругать хотела, зима на дворе! Но ведь подумала: мамке на помощь кинулся! Мужик! И не стала.
– Как сверток оказался в вашем сарае?
– Сын, когда увидел нас в сарае-то с ним, рассказал, как дело было. Гуляли они тогда с дружком по лесу, да и увидели там руку эту. Ну, она завернута была. Как нашли, так сюда и принесли. Хотели поглядеть, что там.
– Почему здесь, а не в лесу? – удивилась я.
– Думали, небось клад какой нашли или ценное что. Мальчишки, что с них взять? Испугались, что хозяин дорогой вещицы где-то рядом, ну и кинулись домой.
– И все же они сверток не вскрыли, – напомнила я.
– Это потому, что только они в сарай-то его принесли, Егорке, другу Максима, родители позвонили. Он в комнате прибрать обещал до прогулки, а не сделал. Ну мать-то и рассердилась на него, загнала домой. Тот и побежал, сверкая пятками. Родительница-то у него такая, знает Егор, что получит по первое число!
– И ваш сын сверток вскрывать не стал?
– Нет, друг попросил его дождаться, чтобы по-честному разделить находку.
Они ж не знали… А сам-то Егор на следующий день с ангиной слег, температура сорок. Какой уж тут сверток?
– Максим, выходит, терпеливо его выздоровления ждал?
– Они с пеленок вместе. Конечно, как иначе? Слово дал. Говорю же, мужик растет. Ну а Егор-то до сих пор на больничном сидит. Надо же, как его эта ангина накрыла.
Снегу, что ли, наелся? Вроде взрослые, но иногда такого учудят, нарочно не придумаешь!
– Значит, в лесу мальчики нашли сверток, принесли в сарай, – начала подводить итог Настя.
– Хорошо, что не в дом! – перебила ее Людмила Тимофеевна. – Хотя… может, тогда быстрее обнаружили бы. Вам же это важно?
– Очень, – хором заверили мы женщину.
– Вот я теперь и думаю: раз уж такая история с нами приключилась, то и про кольцо соседка-то, выходит, не врала. Чего только в жизни не бывает! – рассуждала хозяйка.
– Ну а чья рука-то, девочки?
– Нашей коллеги, – ответила Настя.
– Горе-то какое! Как она теперь без руки?
Мы переглянулись.
– Ее нет в живых, Людмила Тимофеевна. Оттого нам очень важно поговорить с Максимом.
– Уж не думаете вы, что это они ее… убили?
– Ни на секунду, – соврала я, потому что и эту версию нельзя было сбрасывать со счетов. – Но мальчики могут помочь в расследовании, если найдут то самое место или расскажут еще какие-то детали того дня.
