– Тебе повезло, что ты успел понять это! Запомни! Я спасу тебя! Ты будешь жить! За это станешь моим рабом навсегда! Предашь – всё равно вернёшься ко мне в аду! Вот тогда я над тобой повеселюсь лет этак миллион-другой! Решай, чего ты хочешь! Мучительной смерти или долгой жизни в регулярных прегрешениях? Придётся прелюбодейстовать, предаваясь разврату, убивать во имя меня и чревоугодничать в свободное от службы время! Не придётся только красть, потому что всё здесь и так моё!
– Я готов… – просипел умирающий.
– Вручаю тебе свою душу… – глаза священника закатились, – Великий… Шайтан…
Из его носа хлынула кровь, и неф-передатчик сообщил Занз Виэту, что абориген перед ним умрёт через три минуты. Пришлось прервать представление, дабы оно не пропало впустую, и заняться вкалыванием умирающему медицинских препаратов. Следуя указаниям неф-ядра, Занз Виэт произвёл три соответствующих инъекции, и священник впал в медицинскую кому. Через неделю он очнётся вполне здоровым, только ослабленным.
Но это мелочи, гибриды Серых отжираются быстро, им только пищу подноси. На этой планете самки Серых гибридов исхитряются одновременно жаловаться на то, что им нечего есть, и на то, что они не могут похудеть. Такого нет даже на планетах настоящих Серых. Там народец гораздо умнее, знает, на что надо жаловаться, а на что лучше не стоит.
Впрочем, учитывая, чем всё закончилось здесь, на Йоз, Занз Виэт лишь в который раз убедился, что Серые больше бахвалятся о своём непревзойдённом изворотливом хитроумии, нежели есть на самом деле.
Так налажать с воинской кастой Сияющих надо было ещё суметь. Тоже мне, стратеги! А ему теперь выпутываться из всего этого. Нет, если его план по поискам Мультитула увенчается успехом, Занз Виэт из принципа продумает, как отыскать хотя бы одного из агентов Серых. И лично прокусит ему трахею. Исключительно в качестве эгоистического удовлетворения. Торчать на этой планете ему всё равно придётся лет сто, заняться будет нечем, так отчего же не совместить приятное с полезным?
* * *– Батя, а они не растают, когда потеплеет? – Степан, тяжело дыша, с сомнением разглядывал ледяные блоки, которые только что разгружал.
– Я где-то читал, что под землёй всегда тепло, даже зимой.
– Это смотря на какой глубине. – Трофим усталым движением стёр со лба испарину. – Глубина промерзания грунта в разных краях разная.
– Да какое уж у нас промерзание! – ухмыльнулся младший сын.
