Далось ему это с трудом, он дважды будто вскрикивал от боли, но на ноги всё же понялся, поскуливая и поджимая лапу, ближайшую к полученной ране.
– Надеюсь, ты не вцепишься мне в голову. – Ира торопливо надела рюкзак и на всякий случай натянула поглубже оставшуюся без бубона разлохмаченную шапку, замотала вокруг шеи шарф потолще и, как смогла, закрыла всё это разорванным капюшоном маскировочного балахона.
– Я хочу тебя спасти, так что держи себя в лапах!
Она подлезла под закутанную в пуховик собаку так, чтобы та оказалась у неё на плечах, и осторожно выпрямилась, поднимаясь на ноги. Подняться получилось не сразу, казалось, что собака весит килограмм пятьдесят, и Ира чуть не потеряла равновесие, пока выпрямлялась. Из-за этого её сильно качнуло в сторону, и пришлось упереться плечом в стену.
Закутанный в пуховик пёс уткнулся в кирпичную кладку, болезненно вскрикнул и заскулил, но стерпел и кусаться не стал.
– Потерпи, малыш. – Ира направилась к выходу, соображая, как она потащит на шестнадцатый этаж такую тушу, если ей уже тяжко. – Мы с тобой идём домой! Какой же ты тяжёлый…"
"Она по памяти прошла подвал насквозь и выбралась из него в последнем подъезде.
На улице было уже полностью темно, начинался слабый снегопад, и вооружённую толпу с факелами было видно издалека. Пара десятков бандитов подходили к дому со стороны подъезда, через который Ира заходила в дом полчаса назад. Получается, что она разминулась с ними на какие-то минуты.
– Нам с тобой повезло, малыш! – Ира, как смогла, прибавила шаг. – Мы чуть не попались этим уродам! Надеюсь, ты не умрёшь по дороге и всё это было не зря! Вот и снег как раз пошёл!
Пёс вновь тихонько заскулил и сразу умолк, словно понимая, о чём идёт речь.
Дальше было не до разговоров, тут бы не выдохнуться от такой ноши, и Ира, стараясь держаться ближе к стенам закрывающих пасмурное небо многоэтажек, молча скрылась в ночной тьме.
Продолжение следует"
