Потому что все, кто был на тот момент в посёлке, слегли через сутки. Без электричества посёлок оказался отрезан от мира, вызвать врачей невозможно, и люди начали умирать. У этих кандидатов умерли старики, сами они в плохом состоянии, и у них есть маленький ребёнок. Он умирает! Они готовы на всё, чтобы его спасти!
– Зачем мне ребёнок? – Занз Виэт выразительно пожал плечами. – Он мал и потому бесполезен. Мне нужны воины и прислуга, которые будут работать, а не малолетние дармоеды.
– Его родители будут преданно служить тебе! – заверил его Габдулхай.
– Это же жизнь их ребёнка!
– Вот именно, раб мой! – снисходительно улыбнулся нефелим. – Это жизнь их ребёнка, а не их собственная! Они идут на жертву во имя него. А не во имя меня! Пусть умирают все трое, раз так хотят быть вместе. В аду у них будет возможность воссоединиться!
– Они попадут в ад? – Габдулхай понимающе ухмыльнулся: – Понятно! Их души и так достанутся тебе! Зачем тратить на них время! Логично, блин! А что, ребёнок тоже попадёт в ад? Его-то за что?
– Как это – «за что»?! – Занз Виэт придал себе удивлённый вид.
– Ребёнок есть смешение генетики родителей. Он вбирает в себя пороки обоих.
– Разве он не может вобрать в себя их добродетели? – нахмурился Габдулхай. – Это я так, чисто из любопытства интересуюсь, для общего развития.
– Если бы дети вбирали в себя добродетели, то этот мир от поколения к поколению становился бы всё лучше и лучше, – глубокомысленно изрёк Занз Виэт.
– Скажи мне, раб мой Габдулхай, ты знаешь много восхитительных добродетельных людей?
– Да куда там! – Габдулхай скривился. – Вокруг одни тупые ишаки и истеричные овцы! И каждый строит из себя гения! Понял тебя, Повелитель! Этих вычёркиваю! Но у нас есть ещё один! Он из того же посёлка, жена у него уже умерла, походу, тоже от облучения. Сам он при смерти и очень хочет жить. Но там есть одна проблема… – Габдулхай замялся, – даже две…
– Продолжай! – властно заявил Занз Виэт.
– У него тоже был ребёнок, – Габдулхай неуверенно покосился в другую комнату гостиничного люкса, – но его съел твой… питомец. Этот мужик видел, как он сделал это… Он даже стрелять пытался! Собственно, мы так его и нашли, по звуку выстрела.
– Никто из моих детей не ранен. – Нефелим поставил дыбом чешуйки на носу, имитируя гнев. Габдулхай побледнел и попятился. – Но я недоволен! Как он посмел?!
– Ну… – Габдулхай невольно сглотнул.
