– Здесь начинается частная территория, – кивнул головой Глеб на небольшой спуск от площадки вниз. – А вон там, видишь? Там наш особняк.
От слова «наш» почему-то стало теплее. У меня ведь никогда прежде ничего своего не было. Все, чем владели Тумановы, принадлежало отцу.
А здесь сразу «наш».
Глеб вскинул руку и указал куда-то вперед. Если присмотреться, то, да, прямо за деревьями виднелась крыша дома. Получается, что мы сейчас были на возвышении.
Глеб вышел и машины, обошел ее и открыл дверь с моей стороны.
– Прогуляемся? – предложил мужчина, протянув мне руку.
Я не смогла отказать Глебу. Особенно, когда он вот так, широко, открыто, по-мальчишески, улыбается, глядя на меня.
***
Вложив пальцы в его ладонь, я вышла из салона. Глеб повел меня по тропинке, невесть откуда взявшейся. Я послушно шла за мужчиной. А спустя несколько десятков метров, тропинка стала шире, и Глеб уже шел не впереди, а рядом со мной.
Дорожка привела нас на небольшой выступ. Кто-то предусмотрительно установил здесь лавочку и прочное ограждение, за которым начинался обрыв.
Можно было сидеть и любоваться открывающимися видами. Где-то совсем близко шумела речка. Теперь ее было отчетливо слышно. И вид открывался просто шикарный. Теперь дом Глеба лучше просматривался, но все равно был построен так, что окон было не рассмотреть. Только верхушку крыши.
Я залюбовалась этой красотой. Бескрайнее синее небо с редкими облаками. Сочная зеленая трава и молодые деревья с темной листвой. А под ногами, в нескольких метрах от лавочки, бездна.
Впрочем, не такая уж и бездна. Крутой обрыв, по дну которого бурлила и кипела быстрая река.
– В багажнике есть чистый холст и краски. Вдруг пригодятся, – заговорил Глеб, а я поняла, что дышу глубоко, полной грудью. И, да, мне действительно очень хочется запечатлеть свои эмоции, которые рвались наружу.
– Можно? Сейчас можно? – не поверила я, а рука против воли стиснула ладонь Глеба сильнее.
– Мы ведь никуда не торопимся, – улыбнулся Широков, а я улыбнулась в ответ.
– Стой здесь. К краю не подходи. Я схожу к машине.
Я несколько раз кивнула, заверяя Глеба, что и шага в сторону не сделаю. Да и куда здесь идти? Дорожка упиралась в обрыв. А прыгать вниз и ломать шею я однозначно не планировала.
Глеб коротко поцеловал меня и, размашисто шагая, исчез на тропинке. А я присела на лавочку.
Удивительное место. И так близко к городу. Надо же. Можно сказать, под самым носом пряталось такое волшебство. А я и не знала.
