Дальше развернул податливое тело Сабины и прижал к стене.
Поднял стройное бедро, открывая доступ для более глубоких ласк. Безошибочно отыскал распахнутые губы и накрыл их своими. Девичье запястье прижал к своему паху.
У Глеба поплыло все перед глазами, когда он понял, что пальцы Сабины повторяют его движения.
– Да, девочка моя, да! – бормотал он в ее губы, задыхаясь.
Струи колотили Глебу в спину. Сабина вытворяла с ним невероятные вещи своими длинными удивительно ловкими пальцами. Позже он непременно перецелует каждый ее пальчик.
Даже на ногах. Они у нее и там удивительно красивые. И не только пальцы. Всю перецелует. У него теперь фетиш такой, целоваться с любимой девушкой.
Сабина плотно обхватила его пальцы узким, тесным лоном, одновременно провела по всей длине, сжав член у самого основания так, что Глеб взорвался удовольствием, пачкая Сабину.
Ему нравилось все это. Нравилось чувствовать ее оргазм, ощущать ее дрожь, слышать стоны и всхлипы.
Глеб впечатал девчонку в себя, обнимая крепко-крепко.
А ведь надо вновь ее вымыть. Он опять ее испачкал всю. Но сил почти не осталось."
"Мыться пришлось быстро. Глеб прямо-таки физически ощущал, как просыпается вредность Сабины. И неминуем скандал.
Так и получилось, стоило вытащить Сабину из душа и обмотать полотенцем, как на его голову посыпались проклятья и чистые полотенца. Следом – банные принадлежности. Глеб только и успевал прикрывать голову руками. И смеялся. Смех так и распирал его изнутри, отчего, судя по всему, Сабина только сильнее злилась.
Из ванной комнаты Широков вывалился, хохоча и не пытаясь прикрыть наготу.
– Ужасный человек! Ужасный! Ты еще пожалеешь! Я еще отомщу, Глеб Алексеевич! – грозилась Сабина, швыряя в него подушками.
– Жду – не дождусь! – парировал Глеб.
За подушками в него полетела одежда. Всего на секунду Сабина замерла, когда в ее руках оказалась рубашка Глеба. Он знал, о чем подумала девчонка.
И очень серьезно Широков обронил:
– Я правда никого не трогал, только тебя, малышка.
– Мне плевать! – поджала губы девчонка и, скомкав ткань, швырнула ею в Глеба. – Ты не представляешь, куда вляпался, Широков! Тебе и в страшном сне такого не приснится, понял?! Ты еще пожалеешь, что провернул такое!
– О! Подожди, ведьма! Пиджак! Пиджак не бросай! – вспомнил вдруг Глеб, но поздно, упомянутая вещь уже летела ему в голову. – Вот и прекрасно!
Глеб нащупал коробочку с кольцами и вынул из кармана пиджака.
