Мужчина чувствовал, как зазвенел мозг в черепной коробке. Или это были осколки антикварной вазы? Да, скорее всего.
Глеб пошатнулся. Приглушенно выругался. Коснулся рукой затылка. Нащупал что-то липкое и мокрое.
– Убью! – заплетающимся языком выдал Глеб, и его сознание отключилось.
Глава 2"
"Боже! Что я наделала? Я его убила? Да, точно. Убила.
Я до чертиков испугалась. У моих ног лежал молодой мужчина. В его волосах и на ковре валялись осколки от тяжеленной вазы, которую я с трудом смогла поднять. А я впервые в жизни столкнулась с такой ситуацией.
Я никогда прежде не делала ничего подобного. Никогда! Я даже пауков спасала, выпуская их на улицу через окно. И птиц кормила зимой. И в приюте для животных помогала по выходным.
А здесь – целый человек. Мертвый. Немножко. Или сильно мертвый?
Я с трудом сообразила, что нужно отыскать пульс на шее человека. Руки не слушались. Да я и сама дрожала, как листок на ветру.
А мужчина не шевелился. Теперь я понимала, что это и есть Глеб Широков.
В прошлый раз я не успела его рассмотреть. Сразу пустила огнетушитель в ход. А сейчас, когда он лежал неподвижно, бери, блин, рассматривай!
Нервный смешок сорвался с губ. В ушах все еще стояла его пугающая до икоты угроза.
Он ведь действительно меня убьет. Если он купил живого свободного человека в свое распоряжение, что ему стоит убить свою собственность?
Нет, лучше пусть убивает, чем садиться из-за него в тюрьму. Сколько мне дадут? Лет тридцать? А если еще и судья окажется давним приятелем Широкова, в чем я не сомневалась, сидеть мне в местах, не столь отдаленных пожизненно.
Вот на такой не очень позитивной ноте я поняла, что Широкова нужно спасать. А как? Он, кажется, уже не дышит.
Я припомнила все, чему училась на курсах оказания первой помощи. Признаться, их я посещала без особого энтузиазма. Потому больше половины информации мимо моего мозга пролетело, не задержавшись в нем.
– Так, зажать нос! Сделать вдох. Обхватить губами рот пострадавшего.
Вдуть воздух. Грудная клетка должна подняться. Потом опуститься. И повторить, – бормотала я торопливо.
Да, кажется, так. Но в теории все казалось очень просто. А на практике...
Я пальцами зажала нос мужчине. Сделала вдох. И прижалась к мужским губам.
Те были твердыми и сухими. Но плотно сжатыми. Пришлось их настойчиво раздвинуть. Ну как его спасать, если он даже рот открыть не может?
– Да ты издеваешься! – неразборчиво промычал он в мои губы. Я замерла.
